Случайный афоризм
Писатель существует только тогда, когда тверды его убеждения. Оноре де Бальзак
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

шелковых платьях; рыцарские доспехи бряцали,  а  платья  шуршали...  Потом
мальчик прошел на лестницу, которая сначала  шла  высоко  вверх,  а  потом
опять вниз, и очутился на довольно-таки ветхой террасе с большими дырами и
широкими щелями в полу, из которых выглядывали зеленые трава и листья. Вся
терраса, весь двор и даже вся стена  дома  были  увиты  зеленью,  так  что
терраса выглядела настоящим садом, а на самом-то деле  это  была  терраса!
Тут стояли старинные цветочные горшки в виде голов с ослиными ушами; цветы
росли в них как хотели. В одном горшке так и лезла  через  край  гвоздика:
зеленые ростки ее  разбегались  во  все  стороны,  и  гвоздика  как  будто
говорила: "Ветерок ласкает меня, солнышко целует и обещает подарить мне  в
воскресенье еще один цветочек! Еще один цветочек в воскресенье!"
     С террасы мальчика провели в комнату, обитую свиною кожей  с  золотым
тиснением.

                      Да, позолота-то сотрется,
                      Свиная ж кожа остается! -

     говорили стены.
     В той же комнате  стояли  разукрашенные  резьбою  кресла  с  высокими
спинками.
     - Садись! Садись! - приглашали они, а потом жалобно скрипели.  -  Ох,
какая ломота в костях! И мы схватили ревматизм, как старый шкаф. Ревматизм
в спине! Ох!
     Затем мальчик вошел в комнату с большим выступом на улицу. Тут  сидел
сам старичок хозяин.
     - Спасибо за оловянного солдатика, дружок! - сказал он мальчику. -  И
спасибо, что сам зашел ко мне!
     "Так, так" или, скорее,  "кхак,  кхак!"  -  закряхтела  и  заскрипела
мебель. Стульев, столов и кресел было так много, что они мешали друг другу
смотреть на мальчика.
     На стене висел портрет  прелестной  молодой  дамы  с  живым,  веселым
лицом,  но  причесанной  и  одетой  по  старинной  моде:  волосы  ее  были
напудрены, а платье стояло колом. Она не сказала ни "так", ни  "кхак",  но
ласково смотрела на мальчика, и он сейчас же спросил старика:
     - Где вы ее достали?
     - В лавке старьевщика! - отвечал тот. - Там много таких портретов, но
никому до них нет дела: никто не знает, с кого они писаны, - все эти  лица
давным-давно умерли и похоронены.  Вот  и  этой  дамы  нет  на  свете  лет
пятьдесят, но я знавал ее в старину.
     Под картиной висел за стеклом букетик засушенных цветов;  им,  верно,
тоже было лет под пятьдесят, - такие  они  были  старые!  Маятник  больших
старинных часов качался взад и вперед, стрелка двигалась, и все в  комнате
старело с каждою минутой, само того не замечая.
     - У нас дома говорят, что ты ужасно одинок! - сказал мальчик.
     - О! Меня постоянно навещают воспоминания знакомых лиц и образов!.. А
теперь вот и ты навестил меня! Нет, мне хорошо!
     И старичок снял с полки книгу с картинками. Тут были целые процессии,
диковинные кареты, которых теперь  уж  не  увидишь,  солдаты,  похожие  на
трефовых валетов, городские ремесленники  с  развевающимися  знаменами.  У
портных на знаменах красовались ножницы, поддерживаемые  двумя  львами,  у
сапожников же не сапоги, а орел о двух головах - сапожники ведь делают все
парные вещи. Да, вот так картинки были!
     Старичок хозяин пошел  в  другую  комнату  за  вареньем,  яблоками  и
орехами. Нет, в старом доме, право, было прелесть как хорошо!
     - А мне просто невмочь оставаться здесь! - сказал оловянный солдатик,
стоявший на сундуке. - Тут  так  пусто  и  печально.  Нет,  кто  привык  к
семейной жизни, тому здесь не житье. Сил моих  больше  нет!  День  тянется
здесь без конца, а вечер и того дольше! Тут не услышишь ни приятных бесед,
какие вели, бывало, между собою твои родители, ни веселой возни ребятишек,
как у нас! Старый хозяин так одинок! Ты думаешь,  его  кто-нибудь  целует?

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.