Случайный афоризм
Когда вы заимствуете что-нибудь у одного писателя, это называется плагиатом, когда вы заимствуете у многих - это уже исследование. Уилсон Мизнер
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

леса, взбиравшиеся чуть ли не к самому небу,  и  лежали  каменные  громады
величиной с город; подняться на горы было не шуткой, и потому  Йоханнес  с
товарищем  зашли  отдохнуть  и  собраться  с  силами  на  постоялый  двор,
приютившийся внизу.
     В нижнем этаже, в пивной, собралось много народа:  хозяин  марионеток
поставил там, посреди комнаты, свой маленький театр, а народ уселся  перед
ним полукругом, чтобы полюбоваться представлением. Впереди всех, на  самом
лучшем месте, уселся толстый мясник с большущим бульдогом. У, как  свирепо
глядел бульдог! Он тоже уселся на полу и таращился на представление.
     Представление началось и шло прекрасно: на бархатном троне  восседали
король с королевой с золотыми коронами на головах и в платьях с длинными -
длинными шлейфами, - средства позволяли им такую роскошь.  У  всех  входов
стояли чудеснейшие деревянные куклы  со  стеклянными  глазами  и  большими
усами и распахивали двери, чтобы проветрить комнаты. Словом, представление
было чудесное и совсем не печальное; но вот королева встала, и только  она
прошла несколько шагов, как бог знает что сделалось с бульдогом: хозяин не
держал его,  он  вскочил  прямо  на  сцену,  схватил  королеву  зубами  за
тоненькую талию и - крак! - перекусил ее пополам. Вот был ужас!
     Бедный хозяин марионеток страшно перепугался и  огорчился  за  бедную
королеву: это была самая красивая  из  всех  его  кукол,  и  вдруг  гадкий
бульдог откусил ей голову! Но вот народ  разошелся,  и  товарищ  Йоханнеса
сказал, что починит королеву, вынул баночку с той же мазью, которой  мазал
сломанную ногу старухи, и помазал  куклу;  кукла  сейчас  же  опять  стала
целехонька и вдобавок сама начала двигать всеми членами, так что ее больше
не нужно было дергать за веревочки; выходила, что кукла  былв  совсем  как
живая, только говорить не могла.  Хозяин  марионеток  остался  этим  очень
доволен: теперь ему не нужно было  управлять  королевой,  она  могла  сама
танцевать, не то что другие куклы!
     Ночью, когда все люди в гостинице легли спать, кто-то вдруг завздыхал
так глубоко и протяжно,  что  все  повставали  посмотреть,  что  и  с  кем
случилось, а хозяин марионеток  подошел  к  своему  маленькому  театру,  -
вздохи слышалисть оттуда. Все деревянные куклы, и король и  телохранители,
лежали вперемежку, глубоко вздыхали и таращили свои стеклянные  глаза;  им
тоже хотелось, чтобы их смазали мазью, как королеву,  -  тогда  бы  и  они
могли двигаться сами! Королева  же  встала  на  колени  и  протянула  свою
золотую корону, как бы говоря: "Возьмите ее, только помажьте моего супруга
и моих придворных!" Бедняга хозяин не мог удержаться от слез, так ему жаль
стало своих кукол, пошел к товарищу Йоханнеса и пообещал  отдать  ему  все
деньги, которые соберет за вечернее представление, если тот помажет  мазью
четыре-пять лучших из его кукол. Товарищ Йоханнеса сказал, что денег он не
возбмет, а пусть хозяин отдаст ему большую саблю, которая висит у него  на
боку. Получив ее, он помазал шесть кукол, которые сейчас же заплясали,  да
так весело, чот, глядя на них, пустились в пляс  и  все  живые,  настоящие
девушки, заплясали и кучер, и кухарка, и лакеи, и горничные, все  гости  и
даже кочерга со щипцами; ну, да  эти-то  двое  растянулись  с  первого  же
прыжка. Да, веселая выдалась ночка!
     На  следующее  утро  Йоханнес  и  его  товарищ  ушли  из   гостиницы,
взобрались на высокие горы и вступили в необозримые сосновые леса. Путники
поднялись наконец так высоко, что колокольни внизу казались  им  какими-то
красненькими ягодками в  зелени,  и,  куда  ни  оглянись,  видно  было  на
несколько миль кругом. Такой  красоты  Йоханнес  еще  не  видывал;  теплое
солнце ярко светило с голубого прозрачного неба, в горах раздавались звуки
охотничьих рогов, кругом была такая благодать, что у  Йоханнеса  выступили
на глазах от радости слезы, и он не мог не воскликнуть:
     - Боже ты мой! Как бы я расцеловал тебя за то, что ты такой добрый  и
создал для нас весь этот чудесный мир!
     Товарищ Йоханнеса тоже стоял со скрешенными на груди руками и смотрел
на леса и города,  освещенные  солнцем.  В  эту  минуту  над  головами  их
раздалось чудесное пение; они подняли головы  -  в  воздухе  плыл  большой
прекрасный белый лебедь и пел, как не петь ни одной птице;  но  голос  его

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.