Случайный афоризм
Написать книгу - это всегда в некотором смысле уничтожить предыдущую. Поль Мишель Фуко
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

Василий Аксенов
Рисунки Г. Пондопуло.

                          ЗАТОВАРЕННАЯ БОЧКОТАРА

                 Повесть с преувеличениями и сновидениями

                                Затоварилась бочкогара, зацвела желтым
                                цветком, затариласъ, затюрилась и с места
                                стронулась.
                                                        Из газет.

  В палисаднике под вечер скопление пчел, жужжание, деловые перелеты с
георгина на подсолнух, с табака на резеду, инспекция комнатных левкоев и
желтофиолей в открытых окнах; труды, труды в горячем воздухе районного
центра.
  Вторжение наглых инородцев, жирных навозных мух, пресыщенных мусорной
кучей.
  Ломкий, как танго, полет на исходе жизни - темнокрылая бабочка - адмирал,
почти барон Врангель.
  На улице, за палисадником, все еще оседает пыль от прошедшего полчаса
назад грузовика.
  Хозяин - потомственный рабочий пенсионного возраста, тихо и уютно сидящий
на скамейке с цигаркою в желтых, трудно зажатых пальцах, рассказывает
приятелю, почти двойнику, о художествах сына:
  - Я совсем атрофировал к нему отцовское отношение. Мы, Телескоповы, сам
знаешь, Петр Ильич, по механической части, в лабораторных цехах, слуги
индустрии. В четырех коленах, Петр Ильич, как знаешь. Сюда, к идиотизму
сельской жизни, возвращаемся на заслуженный отдых, лишь только когда соль в
коленах снижает квалификацию, как и вы, Петр Ильич. А он, Владимир, мой
старшой, после армии цыганил неизвестно где почти полную семилетку,
вернулся в Питер в совершенно отрицательном виде, голая пьянь, возмущенные
глаза. Устроил я его в цех. Талант телескоповский, руки телескоповские,
наша, телескоповская голова, льняная и легкая. Глаз стал совершенно
художественный, У меня, Петр Ильич, сердце пело, когда мы с Владимиром
вместе возвращались с завода, да эх... все опять процыганил... И в кого,
сам не пойму. К отцу на пенсионные хлеба прикатил, стыд и позор... зов
земли, говорит, родина предков...
  - Работает где, ай так шабашит?- спрашивает Петр Ильич.
  - Третьего дня в сельпо оформился шофером, стыд и позор. Так с того дня у
Симки и сидит в закутке, нарядов нет, не просыхает...
  - А в Китае-то, слыхал, что делается? - переключает разговор Петр Ильич.
- Хунвэйбины фулиганят.
  В это время Владимир Телескопов действительно сидит в закутке у буфетчицы
Симы, вопевой вдовы. Он сидит на опасно скрипучем ящике из-под мыла, хотя
мог бы себе выбрать сиденье понадежней. Вместе с новым дружком,
моряком-черноморцем Глебом Шустиковым, он угощается мандариновой настойкой.
На розовой пластмассовой занавеске отчетливо видны их тени и тени
стаканчиков с мандариновым огоньком внутри. Профиль Шустикова Глеба
чеканен, портретно-плакатен, видно сразу, что будет человек командиром,
тогда как профиль Владимира вихраст, курнос, ненадежен. Он покачивается,
склоняется к стаканчику, отстраняется от него.
  Сима считает у стойки выручку, слышит за спиной косоротые откровения
своего избранника.
  - ...и он зовет меня, директор-падло, к себе на завод, а я ему говорю, я
пьяный, а он мне говорит, я тебя в наш медпункт отведу, там тебя доведут до
нормы, а какая у меня квалификация, этого я тебе, Глеб, не скажу...
  - Володька, кончай зенки наливать,-говорит Сима. - Завтра повезешь тару
на станцию.
  Она отдергивает занавеску и смотрит, улыбаясь, на парней, потягивается

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.