Случайный афоризм
Настоящее наследие писателя - это его секреты, его мучительные и невысказанные провалы; закваска стыда - вот залог его творческой силы. Эмиль Мишель Чоран
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

     Завалив  Анциферову бранными словами, Панов не удержался и
по  инерции  обвинил  партию  во  всех   смертных   грехах,   с
удовольствием  рассказав  Андрею  Николаевичу,  как позавчера в
пивной   один   поднажравшийся   субъект    дал    великолепное
определение.  "Это не партия! - настаивал народный философ. -
Это портянка: хочу заворачиваю справа  налево,  хочу  -  слева
направо!.."  Мне лично, добавил Панов, стыдно быть коммунистом.
И вообще: какая только шваль туда не лезет, в эту партию!
     У Андрея Николаевича едва не сдали нервы...
     - Впрочем, я  пришел  к  вам  не  ревизовать  расходы  по
хозрасчетной  теме, - сказал он, щелкнув замочком портфеля, -
а просителем. Я намерен вступить в партию и прощу вас  написать
мне так называемую рекомендацию.
     Ошалело воззрившийся на него Панов молчал.
     - Вы  с  ума  сошли...  - прошептал он наконец и замотал
головой, отказываясь верить.  -  Зачем  вам  это?  -  (Андрей
Николаевич  многозначительно  и торжественно молчал.) - Ну да,
понимаю, вам пора  быть  членкором...  Понимаю,  -  с  горечью
прошептал  сокрушенный  Панов  и поманил необычного просителя к
окну. Сказал,  что,  кажется,  вон  в  том  шкафум-  микрофон,
поэтому  лучше  продолжить  разговор  здесь,  да еще и включить
вентилятор. Однако и принятые меры предосторожности не избавили
Андрея Николаевича от ответа на вопрос: зачем ему надо вступать
в партию?
     - Надо, - твердо заявил он. - Будь  вы  математиком,  я
обосновал  бы  мою  просьбу  строгим расчетом. Вообще говоря, с
теорией катастроф - знакомы? Не каких-то  там  авиационных,  а
вообще катастроф. Есть такая наиновейшая математическая теория.
Нет? Я так и подумал.
     После  долгого  молчания  Панов  убито промолвил, что грош
цена его рекомендации. Он на  волосок  от  исключения,  он  уже
заблаговременно  обвешан выговорами и держится в партии потому,
что  подкармливает  Анциферову.  Более  того,  ему   доставляет
сладострастное  удовольствие  включать неподкупного парторга во
все незаконные списки.
     - Вам не стыдно? - сурово укорил его Андрей  Николаевич,
взял  в  руку  портфель,  намереваясь уходить, и пошел к двери.
Панов догнал его в коридоре и здесь дал волю чувствам:
     - Послушайте, это же самоубийство - делать  то,  что  вы
задумали! Ни один честный человек, ни один настоящий ученый...
     - Именно  честные люди и настоящие ученые должны вступать
в партию! -  отрезал  Андрей  Николаевич,  а  потом  сжалился,
приоткрыл  тайну:  -  Что  такое  гарем  -  вам, мне кажется,
объяснять не надо...
     - Естественно,  -  хмыкнул  Панов   и   пространственно,
объемно   глянул  окрест  себя,  -  проректору  тоже  не  надо
объяснять.
     - История свидетельствует, что число  жен  и  наложниц  в
гаремах  достигало  нескольких  тысяч.  Теперь представьте себе
такое количество женщин в нем, что султан, или кто  там,  не  в
состоянии не только переспать с каждой, но и увидеть...
     - Ага,  - смекнул Панов и задумался. Сказал, что лично к
нему падишах присылал двух евнухов с обыском.  Достал  записную
книжку.  -  Я  вам дам телефон Шумилова. Он, во-первых, стойко
держится  в  рядах  партии.  А  во-вторых,  математик,  он  вас
поймет...  Я  тоже  начинаю  вас  понимать.  В  гареме возможно
восстание на  сексуально-политической  почве.  Не  исключены  и
трансформации  евнухов в полноценных мужчин... Нет, нет, отсюда
звонить нельзя, -  остановил  он  Андрея  Николаевича.  -  Из
автомата, так лучше.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.