Случайный афоризм
Писатель есть рыцарь вечности, а журналист – рыцарь секунды. Бауржан Тойшибеков
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

бабахнули кулаками по двери. Ткачиха, однако, и ухом не повела,
да и  глаза  ее  смотрели  прямо,  не  видя  Андрея.  Несколько
удивленный,  тот  начал  ощупывать ее спереди и сбоку, что было
адекватно пересчитыванию купюр: братья задолжали ему по меньшей
мере пять окладов. И не  мог  не  восхититься:  мышечные  ткани
груди    и   бедер   плотностью   и   упругостью   превосходили
вулканизированный каучук. Деваха к  тому  же  оголила  плечи  и
бедра,  показывая  этим,  что ничего, кроме платья, на ней нет.
Совершенство форм, мыслимое только в анатомических атласах,  не
могло  все  же  погасить в Андрее интерес иного свойства. Еще в
момент, когда вошел он в кухню,  уши  его  уловили  странные  и
непонятные  звуки:  в  кухне  работал  какой-то невидимый и еле
слышный механизм с хорошо смазанными трущимися деталями, причем
издающий звуковые колебания тех частот, на которых человеческое
ухо опознает писк мышей, слаженно грызущих кусок сахара.  Когда
загудел  газ  и зашумел чайник, звук пропал, но заинтригованный
Андрей  выключил  плиту,  чтоб  ничто  не  мешало  наблюдениям.
Странный  звук  возобновился,  механизм заработал вновь. Андрей
сделал шаг назад, а затем влево, находя точку,  где  слышимость
была  максимальной, и сделал вывод: звуки издавались не крупной
мышью за плитой, а человеческим организмом на стуле. В  поисках
источника  звука  он  заглянул  в  пространство между платьем и
телом. Кончики грудей расходились под углом 135 градусов,  что,
конечно,  было  удивительно,  но  отчего, естественно, не могла
вибрировать  поверхность  тела.  Лишь  сев  на  корточки  перед
организмом  и  всмотревшись  в  него, Андрей понял наконец, где
расположен необычный генератор звуковых колебаний.
     Деваха грызла подсолнух, лузгала, то есть при участии  рук
и рта освобождала прожаренные семечки от оболочки, шелухи. Весь
цикл  грызения  составлялся  из  ряда  операций, безукоризненно
выполняемых органами тела, причем каждая  последующая  операция
по   отшлифованности   и   точности   превосходила  предыдущую,
замыкаясь в  нерасчленимое  единство.  Два  пальца  (большой  и
указательный)  правой  руки наугад выхватывали из ладошки левой
подсолнух и подбрасывали его ко  рту,  с  величайшей  точностью
рассчитав  скорость  и направление полета. Тот ловился кончиком
языка или падал в  ложбинку  его.  Чувствительное  небо  давало
сигнал мышцам ротовой полости, гибкий язык передвигал подсолнух
к  коренным  зубам и устанавливал его так, чтоб сжатие челюстей
создало достаточное динамическое усилие, примерно  равное  трем
килограммам   на   один   квадратный   миллиметр,   и  скорлупа
раскалывалась. Величина  давления  всякий  раз  регулировалась,
мозг  любительницы  примитивнейшего  удовольствия  решал  почти
мгновенно   сложнейшие   дифференциальные   уравнения    высших
степеней.  В определении параметров детали, поступающей на этот
необычный конвейер,  участвовали  руки,  пальцы,  глаза,  мозг,
внутренняя  поверхность  щек  и  всего  рта.  Все операции были
идеально взаимосогласованы и осуществлялись с  учетом  новейших
исследований  в  области сетевого планирования, а выделение изо
рта отходов производства шло параллельно с растиранием вкусного
содержимого. Язык  собирал  шелуху,  высовывался  наружу,  губы
образовывали  канал,  формирующий  воздушную струю, под напором
которой шелуха выстреливалась в направлении  коленок,  в  точно
определенное место платья, своеобразного экрана.
     И  эта  демонстрация величайших возможностей человеческого
организма - сразу же после библиотеки, где именно в этот  день
вычитана   блестящая   по   выразительности  хвала  Карла  Бэра
могуществу того, кого он считал творцом всего сущего,  то  есть
Богу,  и  высшим  проявлением гениальности творца Бэр признавал
устройство жвал  обыкновеннейшей  вши.  Ни  одно  творение  рук

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.