Случайный афоризм
Никогда слава не придет к тому, кто сочиняет дурные стихи. Михаил Афанасьевич Булгаков
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

                              Владимир ГОНИК

                          ВОСЕМЬ ШАГОВ ПО ПРЯМОЙ




     Когда Рогов вышел, они еще стояли. Они поджидали его с восьми  часов,
а сейчас было около десяти. Высокий грел дыханием пальцы, а тот,  что  был
пониже, пританцовывал, держа руки в карманах.
     Они прятались от ветра у гаражной стены, за длинным рядом осыпающихся
деревьев; лица их покраснели от холода. Должно быть, они потеряли  надежду
и уже не ждали его, а стояли просто так, не решаясь уйти.
     Соседи, конечно, уже  заметили  их,  слишком  явно  они  торчали  под
окнами, мозолили всем глаза. В доме жили серьезные деловые люди,  ходившие
каждый день на службу, и им невдомек было, что можно праздно  торчать  под
чужими окнами. При случае соседи были не прочь похвастать,  что  он  живет
здесь, в доме, но временами он чувствовал их иронию и снисходительность.
     Где-то шла у них своя жизнь, он угадывал  смутно,  в  институтах,  на
заводах, в министерствах, в лабораториях, в конструкторских бюро,  ну,  да
ладно, Бог с ними, ему до них дела нет. Все  чаще  в  последнее  время  он
испытывал  непонятное  раздражение,  хотя  мышцы  не  подводили  и  сердце
работало, как мотор.
     Он уже давно привык к парням и мальчишкам, поджидающим его  в  разных
местах. У дома его поджидали не часто, но бывало. Адрес  узнавали  разными
путями, обычно  через  адресный  стол,  нужны  всего  лишь  фамилия,  имя,
отчество и возраст, но многие знали его рост и вес. Цифры были  как  будто
важными показателями урожая  или  добычи  полезных  ископаемых,  их  часто
повторяли в печати, и комментаторы гордились ими словно собственными.
     Когда он вышел,  они  растерялись.  Маленький  увидел  его  первым  и
толкнул высокого в бок. Они отклеились от стены и  испуганно  таращили  на
него глаза.
     По такой погоде они были одеты  слишком  легко.  Расклешенные  брюки,
истоптанные каблуками, одинаковые дешевые куртки с блестящими  пуговицами,
но высокий из своей вырос и его голые тонкие руки торчали из рукавов.
     Маленький был  смуглым,  черноглазым,  черными  были  у  него  густые
волосы, а на лице пробивался темный  пух.  Рядом  с  ним  высокий  казался
светлее, чем был на самом деле:  узкие  плечи  и  длинные  светлые  волосы
делали его похожим на переодетую девушку.
     Порыв ветра сорвал горсть листьев, а те, что лежали на земле, смахнул
и погнал вдоль стены; на ветру мальчишки казались совсем беззащитными.
     Все  утро  они  торчали  напротив  дома,  шарили  глазами  по  окнам,
переговаривались,  иногда  толкались  и  подпрыгивали  на   месте,   чтобы
согреться, но сразу замирали, когда открывалась дверь.
     На него часто пялились на улице и в магазинах, даже в других городах:
знакомое лицо, люди напрягали память.  Ах,  телевидение  -  отрада  зимних
вечеров, вся страна у экрана, бесконечное пространство - деревни,  города,
дома, квартиры, где уткнулись в экраны,  а  операторы  так  любят  крупный
план, когда человек сидит на скамеечке для  штрафников:  он  посиживал  не
очень часто, но и не редко - не чурался.
     Юнцы смотрели на Рогова, будто не  верили  глазам.  "Сейчас  автограф
попросят", - подумал Рогов.
     Обычно он  молча  расписывался,  не  глядя  в  лицо.  Он  считал  это
никчемным,  но  неизбежным  занятием  и  покорился  раз   и   навсегда   -
расписывался и шагал дальше.
     Рогов снял замок и распахнул ворота. Мальчишки не двигались с  места.
Он выехал из гаража и остановился перед воротами, мальчишки напряженно  за
ним следили. Он вяло  слушал  мотор,  включил  приемник,  отыскал  музыку,
закрыл ворота и  навесил  замок  -  они  все  смотрели  издали.  "Странные

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.