Случайный афоризм
То, что по силам читателю, предоставь ему самому. Людвиг Витгенштейн
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

украшения их могил.
    Обо всем прочем, разумеется, позаботились без промедления.
Глашатаи  великой заповеди любви тотчас же поспешили в соседние
земли, и со всех башен провинции  грянул  торжественный  распев
щемящих  и  просветляющих  душу  стихов,  которые издревле были
известны как дифирамб богине сострадания. И еще не было случая,
чтобы кто-нибудь остался глух к ним. Из всех  городов  и  общин
потянулись  на помощь люди, движимые состраданием, и вскоре те,
кого несчастье лишило крова, стали  даже  теряться  от  избытка
душевного     внимания     и     приглашений    воспользоваться
гостеприимством  родственника,  друга  или  вовсе   незнакомого
человека.  Откуда ни возьмись появились пища и одежда, телеги и
лошади, хозяйственные орудия, камни и бревна и прочие  полезные
вещи.  И  пока  старики, женщины и дети, бережно поддерживаемые
под руки, входили в радушно распахнутые двери  чужих  домов,  а
раненым  оказывалась первая помощь, пока среди руин продолжался
поиск тел погибших, работа продвинулась столь стремительно, что
рухнувшие крыши были уже  разобраны,  шаткие  стены  снесены  и
ничто не мешало начать новое строительство. И хотя запах беды и
ужаса  еще  висел  в  воздухе,  а  близость мертвых призывала к
скорбному молчанию, все лица и  все  голоса  выдавали  душевный
подъем  и  некую  деликатную торжественность, ибо упоение общим
делом  и  радостной  убежденностью  в  том,  что   оно   крайне
необходимо  и  достойно всяческого одобрения, проникли в каждое
сердце. Поначалу это выражалось робко и безмолвно, но вскоре то
тут,  то   там   стали   раздаваться   воодушевленные   голоса,
мало-помалу  сливаясь  в  песню,  столь  естественную при общей
работе. И неудивительно,  что  сильнее  всего  были  подхвачены
слова  двух  древних  поэтических  изречений:  "Блажен подающий
помощь тем, кто бедой повержен. Да насытится  благим  поступком
сердце  его, как засыхающий сад -- первым дождем, и да будет он
вознагражден цветами и благодарностью". И второе: "Божественная
радость черпается в общих деяньях".
    Вот тут-то и напомнила о себе горестная  нужда  в  цветах.
Покойников, найденных в первые часы, еще удалось убрать цветами
и  ветвями,  взятыми из разоренных стихией садов. Потом пошли в
дело все цветы, какие только можно было раздобыть в близлежащих
селениях.  Но,  к  довершению  всех   несчастий,   именно   три
пострадавшие  общины  славились  самыми  большими  и  красивыми
садами, дававшими цветы в  это  время  года.  Каждый  год  сюда
издалека   приезжали  люди  только  затем,  чтобы  полюбоваться
нарциссами и крокусами, которые лишь здесь выращивались в таком
изобилии и с  таким  искусством,  что  отличались  изумительным
богатством  оттенков.  И  все это было сметено и утрачено. Люди
пребывали в крайнем  замешательстве  и  не  могли  понять,  как
поступить  с  усопшими,  не  нарушая  обычая  который повелевал
украсить торжественным цветочным нарядом  каждого  покойника  и
каждое  умершее животное, а место погребения сделать тем богаче
и пышнее, чем внезапнее и мучительнее была смерть.
    Самый старший из старейшин провинции, чья коляска одной из
первых  появилась  перед  развалинами,   был   встречен   таким
множеством  вопросов,  прошений и жалоб, что ему стоило немалых
усилий  сохранить  самообладание  и  приветливость.  Однако  он
прекрасно  владел  своими  чувствами,  его  глаза были светлы и
ласковы, голос звучал ясно  и  учтиво,  а  губы,  полуприкрытые
белой  бородой  и  усами,  не забывали о спокойной и понимающей
улыбке, какая подобает мудрецу и наставнику.
    -- Друзья мои, --  сказал  он,  --  на  нашу  долю  выпало
несчастье, которым боги желают испытать нас. Все разрушенное мы
вскоре  отстроим  заново и вернем нашим братьям. И я благодарен

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.