Случайный афоризм
Никому не давайте своих книг, иначе вы их уже не увидите. В моей библиотеке остались лишь те книги, которые я взял почитать у других. (Анатоль Франс)
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

него в силу положения и способностей, а это было не  так  уж  и
мало.  Сын  глубоко  благочестивой  женщины, Роберт был наделен
простыми,   стойкими   христианскими   чувствами    и    верой,
проповедовать  их  было  для  него  радостью. Вместе с тем свои
сокровенные  духовные  наслаждения  он  находил  в   созерцании
природы,  обладая  нужной для этого тонкой наблюдательностью. О
том дерзком,  революционном  и  конструктивном  естествознании,
которое  как  раз  набирало  силу  в его время и в его стране и
немного позднее отравило жизнь столь многим священникам, Роберт
ничего не знал и  не  ведал.  Скромный,  чистый  юноша,  чуждый
философских  исканий,  но неутомимый в наблюдениях и трудах, он
пребывал в полнейшем довольстве, созерцая и познавая, собирая и
изучая то, что дарила ему природа. В детстве он выращивал цветы
и  составлял  гербарии,  затем  всецело  увлекся  минералами  и
окаменелостями,  причем  восхищался  ими,  конечно же, лишь как
прекрасной и значительной игрой природных форм, а  в  последние
годы,  и  особенно  после  переселения  в  деревню, более всего
полюбился ему многоцветный мир  насекомых.  Любимицами  Роберта
были  бабочки, их блистательная метаморфоза неизменно приводила
его в пылкий восторг, а их  великолепные  узоры  и  бархатистые
сочные  краски  несли  ему  столь чистое наслаждение, что людям
более скромных дарований бывает ведомо лишь  в  ранние  детские
годы, которым высокая взыскательность не свойственна.
    Таким  душевным  складом  был  наделен  молодой  богослов,
который,  услыхав  весть  о   миссионерском   начинании,   вмиг
встрепенулся  и  почувствовал, как вдруг в глубине его души все
устремилось, словно стрелка компаса, к  одной  цели  --  Индии.
Мать  Роберта умерла несколько лет тому назад, ни обручения, ни
хотя бы тайного уговора с какой-нибудь девушкой у него не было,
дядя, правда, умолял племянника отказаться  от  опасной  затеи,
но,  в  конце  концов,  священник Эгион был усердным служителем
Бога и, как знал Роберт, прекрасно мог обойтись в своем приходе
и церкви  без  помощи  племянника.  Роберт  написал  в  Лондон,
получил обнадеживающий ответ, деньги на проезд до столицы, и не
мешкая,  пустился  в  путь  после  тягостного прощания с дядей,
который все еще хмурился и  горячо  отговаривал  его  ехать;  с
собой  он  взял  небольшой  ящик  с книгами да узел с платьем и
сожалел лишь об одном: что  нельзя  захватить  также  гербарии,
минералы и коллекции бабочек.
    Взволнованно   и   робко   переступил  новый  кандидат  на
индийскую службу порог высокого, строгого  дома  благочестивого
купца,  что  расположен  был  в сумрачном и бурливом лондонском
центре, и там, в сумраке коридора, явилось ему  его  будущее  в
образе  висевшей  на  стене огромной карты восточного полушария
Земли, а в первой открывшейся перед ним  комнате  --  в  образе
большой  тигровой  шкуры. Почтенный лакей проводил смущенного и
растерянного юношу в залу, где его ожидал хозяин дома.  Высокий
и  строгий  господин с гладко выбритым лицом и льдисто-голубыми
пронизывающими  глазами  принял  гостя   на   старинный   манер
суховато, однако после непродолжительной беседы робкий кандидат
произвел  на  хозяина  вполне  благоприятное  впечатление, и он
предложил юноше садиться и продолжил экзамен доброжелательно  и
приветливо.   Затем  хозяин  попросил  у  Роберта  аттестаты  и
написанную им автобиографию и,  вызвав  звонком  слугу,  сделал
краткое распоряжение, после чего слуга безмолвно проводил юного
богослова  в  комнату для гостей, куда немедленно явился другой
слуга, принесший чай, вино, ветчину,  масло  и  хлеб.  Молодого
человека   оставили   одного   за  столом,  и  он  как  следует
подкрепился. Потом, удобно  расположившись  в  высоком,  обитом
синим  бархатом  кресле,  он  некоторое время размышлял о своем

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.