Случайный афоризм
Писатель пишет не потому, что ему хочется сказать что-нибудь, а потому, что у него есть что сказать. Фрэнсис Скотт Фицджеральд
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

	Герман Гессе
        ЭССЕ

КРАТКОЕ ЖИЗНЕОПИСАНИЕ
ДЕТСТВО ВОЛШЕБНИКА
ТОЛСТОЙ И РОССИЯ
НОВАЛИС
ДРУЗЬЯ, НЕ НАДО ЭТИХ ЗВУКОВ!
Книжный человек
Паломничество в страну Востока
Сказки, легенды, притчи (11 рассказов)



                           КРАТКОЕ ЖИЗНЕОПИСАНИЕ



Я родился под конец Нового времени, незадолго до первых примет возвращения
средневековья, под знаком Стрельца, в благотворных лучах Юпитера. Рождение
мое совершилось ранним вечером в теплый июльский день, и температура этого
часа есть та самая, которую я любил и бессознательно искал всю мою жизнь и
отсутствие которой воспринимал, как лишение. Никогда не мог я жить в
холодных странах, и все добровольно предпринятые странствия моей жизни
направлялись на юг. Я был ребенком благочестивых родителей, которых любил
нежно и любил бы еще нежнее, если бы меня уже весьма рано не позаботились
ознакомить с четвертой заповедью. Горе в том, что заповеди, сколь бы
правильны, сколь бы благостны по своему смыслу они ни были, неизменно
оказывали на меня худое действие; будучи по натуре агнцем и уступчивым,
словно мыльный пузырь, я перед лицом заповедей любого рода всегда выказывал
себя строптивым, особенно в юности. Стоило мне услышать "ты должен", как во
мне все переворачивалось и я снова становился неисправим. Нетрудно
представить себе, что свойство это нанесло немалый урон моему преуспеянию в
школе. Правда, учителя наши сообщали нам на уроках по забавному предмету,
именовавшемуся всемирной историей, что мир всегда был ведом, правим и
обновляем такими людьми, которые сами творили себе собственный закон и
восставали против готовых законов, и мы слышали, будто люди эти достойны
почтения; но ведь это было такой же ложью, как и все остальное
преподавание, ибо, стоило одному из нас по добрым или дурным побудительным
причинам в один прекрасный день набраться храбрости и восстать против
какой-либо заповеди или хотя бы против глупой привычки или моды - и его
отнюдь не почитали, не ставили нам в пример, но наказывали, поднимали на
смех и обрушивали на него трусливую мощь преподавательского насилия.

По счастью, еще до начала школьных годов мне удалось выучиться самому
важному и незаменимому для жизни: мои пять чувств были бодрственны, остры и
тонки, я мог на них положиться и ждать себе от них много радости, и, если
позднее я безнадежно поддался приманкам метафизики и временами даже налагал
на свои чувства пост и держал их в черном теле, все же атмосфера развитой
чувственной впечатлительности, особенно по части зрения и слуха, никогда не
покидала меня и явственно играет свою роль и в мире моего мышления, каким
бы абстрактным этот мир подчас ни казался.

Итак, некоторой оснасткой для жизни я обзавелся, согласно выше сказанному,
еще задолго до школьных годов. Я не был неучем в нашем родном городе,
смыслил кое-что в птичниках и лесах, в виноградниках и мастерских
ремесленников, я распознавал деревья, птиц и бабочек, умел распевать песни
и свистать сквозь зубы, знал и другие вещи, не вовсе бесполезные для жизни.
К этому добавились школьные предметы, которые давались мне легко и славно
меня развлекали, я получал особенно удовольствие от латыни и начал сочинять

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.