Случайный афоризм
Писать - значит в известном смысле расчленять мир (или книгу) и затем составлять их заново. Ролан Барт
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

     Наконец, мы доехали  до  селенья,  в  котором  мне  сказали,  что
Запретная  Страна начинается на расстоянии трехдневного пути.  До этой
границы меня  проведут,  но  дальше  не  могут  вести,  ибо  проводник
погибает, путешественник же, идя дальше один, иногда, не находя дорог,
возвращается назад,  иногда же,  что очень редко, остается и живет там
подолгу. Об остальных молва говорит, что они погибают.
     Помолившись, с последним проводником я тронулся в путь.
     Дорога, подымаясь,  становилась все уже,  местами по ней возможно
было только с трудом пройти одному.
     Высокие горы со снеговыми вершинами окружали нас.
     Переспав третью ночь,  на  рассвете  пройдя  недалеко,  проводник
заявил, что дальше он не может меня провожать.
     По различным сказаниям,  на расстоянии от 3 до 7 дней пути, держа
направление на вершину самой высокой горы,  есть селение,  но до  него
доходят лишь редкие.
     Проводник оставил меня. Шаги возвращающегося затихли...

                                * * *

     Восходящее солнце освещало белоснежные  вершины  гор,  и  отблеск
лучей создавал впечатление, что они в огненном пламени.
     Ни души  кругом...  Я  был  один с моим Господом,  приведшим меня
после столь долгого пути сюда. Чувство неописуемого счастья, восторга,
неземной радости и в то же время душевного покоя охватили меня.  Я лег
на тропу головой к самой высокой горе,  целовал  каменистую  почву  и,
проливая слезы умиления, благодарил без слов, как умел, Господа за Его
милости.
     Я пошел  дальше.  Вскоре был  перекресток,  обе  тропы,  казалось,
одинаково направлялись к самой высокой горе.  Я пошел по  правой,  ибо
она шла навстречу бегу солнца.
     С молитвою и песней шел я вперед.
     В первый  день  было  еще два перекрестка.  На втором перекрестке
одну из троп переползала змейка,  как бы преграждая мне путь,  я пошел
по второй тропе.  На третьем перекрестке,  на одной из тропинок лежало
три камня: я пошел по свободной.
     На второй  день  был  один  перекресток,  четвертый,  где   тропа
троилась.  На  одной из тропинок порхала бабочка,  я выбрал эту тропу.
После полудня путь мой пролегал вдоль горного озера.  С восхищением  и
удивлением  я  любовался красотой его и легкой зыбью,  придающей водам
озера, в связи с освещением, удивительную, своеобразную белизну.
     На третий день пути лучи восходящего солнца,  как и в  предыдущие
дни,  освещали  белоснежные  покровы  самой высокой горы и окружали ее
огненным пламенем.  Вся душа моя рвалась ввысь - и я глядел и  не  мог
досыта  налюбоваться  красотою.  Творя  молитву  и  не  спуская  глаз,
сливаясь душою с пламенем,  окружающим гору, мне стало видно, что ожил
этот  огонь:  в  его  потоках  появились,  белоснежно сияющие,  фигуры
ангелов,  непрерывно подлетавших красивыми хороводами к горе.  Скользя
по поверхности ее, они поднимались к вершине, возносились и исчезали в
безбрежных небесах.
     Солнце поднялось из-за горы и чарующее видение исчезло.
     На третий день было три перекрестка...
     На пятом  перекрестке,  вдоль  одной из троп сбегал,  белопенясь,
изумрудный журчащий ручей. Я пошел вдоль него.
     К полудню дошел я до шестого перекрестка: он имел три тропы. Одна
из них проходила мимо горы,  имевшей вид огромного  истукана,  как  бы
охраняющего эту тропу. Не задумываясь, я выбрал ее.
     Дойдя до седьмого перекрестка,  имеющего тоже три тропы,  я пошел
по той, которая была сильнее освещена лучами солнца.
     Я не был одинок,  ибо чувствовал и сознавал,  что все  окружающее
меня по  своему,  по  разному,  живет  и  возносит,  как умеет,  хвалу

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.