Случайный афоризм
Тот не писатель, кто не прибавил к зрению человека хоть немного зоркости. Константин Георгиевич Паустовский
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

бессердечие   к  живому,  прикрытое  романтикой  приключений  и
путешествий  и  подслащенное  поэтическими  описаниями   картин
природы, - давно пора бы назвать все это собственными именами!
     Нет права,  у нас нет абсолютно  никакого  нрава  покупать
наши удовольствия ценою страданий и смерти живых существ.  Если
не умеешь иными путями ощущать  себя  частью  природы  -  и  не
ощущай.  Лучше оставаться совсем "вне природы",  чем быть среди
нее извергом. Потому что, входя в природу с ружьем и сея вокруг
себя  смерть ради собственного развлечения,  становишься жалким
игралищем   того,   кто   изобрел   смерть,    изобрел    закон
взаимопожирания  и  кто  жиреет и разбухает на страданиях живых
существ.
     И еще  будут  говорить:  "Ха!  что  -  звери:  люди гибнут
миллионами  в  наш  век  -  и  от  войн,  и  от  голода,  и  от
политических  репрессий,  - нашел,  дескать,  время,  рыдать по
поводу белок и рябчиков!" - Да,  нашел. И никак не могу понять,
какое   отношение  имеют  мировые  войны,  репрессии  и  прочие
человеческие безобразия к вопросу о животных?  Почему  животные
должны погибать ради забавы лишенных сердца бездельников,  пока
человечество утрясет,  наконец, свои социальные дела и займется
на досуге смягчением нравов? Какая связь одного с другим? Разве
только та,  что,  пока человечество терзает само себя войнами и
тираниями,   общественная  совесть  будет  слишком  оглушенной,
пришибленной  и  суженной  для  того,  чтобы  чувствовать   всю
гнусность охоты и рыбной ловли.
     Да, и рыбной ловли. Той самой рыбной ловли, которой мы так
любим  предаваться  на  поэтическом фоне летних зорь и закатов,
умиляясь и отдыхая душой среди окружающей идиллии,  а  пальцами
ухватывая извивающегося червяка,  прокалывая его тельце крючком
и в ребяческом недомыслии не понимая,  что он испытывает теперь
то же,  что испытывали бы мы, если бы чудовище величиной с гору
ухватило нас за ногу,  проткнуло наш живот железным  бревном  и
бросило в море, навстречу подплывающей акуле
     "Хорошо, - скажут,  - но ведь ловить рыбу можно  и  не  на
червяка,  -  на  хлеб,  на  блесну и т.  п." - Да можно.  И для
пойманной рыбы,  безусловно,  великим утешением послужит мысль,
что она гибнет, одураченная не червяком, а блестящей жестянкой.
     Находятся еще и такие осколки далекого  прошлого,  которые
продолжают   верить  всерьез,  будто  рыба  или  рак  не  могут
испытывать страдания,  потому что у них,  мол,  холодная кровь.
Действительно,  во времена оны, человечество, не имея понятия о
физиологии  животных,  воображало,  что  чувствительность  есть
функция  температуры  крови.  Между  прочим,  вследствие именно
этого заблуждения рыба была семитическими религиями включена  в
список   постных  блюд  и  ею  не  брезговали  лакомиться  даже
праведники.  Боже упаси их осуждать: религиозный опыт души, как
велик  и  высок  он ни был бы,  не покрывает опыта науки (как и
наоборот);  наука же тогда находилась  в  детском  возрасте,  и
никто,   даже  праведники,  не  ответственны  за  мысль,  будто
холоднокровные животные не испытывают боли.  Но ведь  теперь-то
мы  знаем,  что  это чушь.  Теперь-то ведь понимаем,  что рыба,
болтающаяся на крючке или извивающаяся на  песке,  корчится  от
боли,  а  не  от  чего  другого!  Ну,  так  как же?  Белые ризы
поэтического созерцания,  которыми мы облекаемся в буколические
часы сидения с удочкой, - не забрызгиваются ли они до омерзения
кровью,  слизью,  и внутренностями живых  существ,  тех  самых,
которые  резвились  в прозрачной воде и могли бы жить и дальше,
если бы не наша, с позволения сказать, любовь к природе?
     Встречаются еще  рассуждения такого рода:  в животном мире
все основано на взаимопожирании, с какой же стати человеку быть

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 : 179 : 180 : 181 : 182 : 183 : 184 : 185 : 186 : 187 : 188 : 189 : 190 : 191 : 192 : 193 : 194 : 195 : 196 : 197 : 198 : 199 : 200 : 201 : 202 : 203 : 204 : 205 : 206 : 207 : 208 : 209 : 210 : 211 : 212 : 213 : 214 : 215 : 216 : 217 : 218 : 219 : 220 : 221 : 222 : 223 : 224 : 225 : 226 : 227 : 228 : 229 : 230 : 231 : 232 : 233 : 234 : 235 : 236 : 237 : 238 : 239 : 240 : 241 : 242 : 243 : 244 : 245 : 246 : 247 : 248 : 249 : 250 : 251 : 252 : 253 : 254 : 255 : 256 : 257 : 258 : 259 : 260 : 261 : 262 : 263 : 264 : 265 : 266 : 267 : 268 : 269 : 270 : 271 : 272 : 273 : 274 : 275 : 276 : 277 : 278 : 279 : 280 : 281 : 282 : 283 : 284 : 285 : 286 : 287 : 288 : 289 : 290 : 291 : 292 : 293 : 294 : 295 : 296 : 297 : 298 : 299 : 300 : 301 : 302 : 303 : 304 : 305 : 306 : 307 : 308 : 309 : 310 : 311 : 312 : 313 : 314 : 315 : 316 : 317 : 318 : 319 : 320 : 321 : 322 : 323 : 324 : 325 : 326 : 327 : 328 : 329 : 330 : 331 : 332 : 333 : 334 : 335 : 336 : 337 : 338 : 339 : 340 : 341 : 342 : 343 : 344 : 345 : 346 : 347 : 348 : 349 : 350 : 351 : 352 : 353 : 354 : 355 : 356 : 357 : 358 : 359 : 360 : 361 : 362 : 363 : 364 : 365 : 366 : 367 : 368 : 369 : 370 : 371 : 372 : 373 : 374 : 375 : 376 : 377 : 378 : 379 : 380 : 381 : 382 : 383 : 384 : 385 : 386 : 387 : 388 : 389 : 390 : 391 : 392 : 393 : 394 : 395 : 396 : 397 : 398 : 399 : 400 : 401 : 402 : 403 : 404 : 405 : 406 : 407 : 408 : 409 : 410 : 411 : 412 : 413 : 414 : 415 : 416 : 417 : 418 : 419 : 420 : 421 : 422 : 423 : 424 : 425 : 426 : 427 : 428 : 429 : 430 : 431 : 432 : 433 : 434 : 435 : 436 : 437 : 438 : 439 : 440 : 441 : 442 : 443 : 444 : 445 : 446 : 447 : 448 : 449 : 450 : 451 : 452 : 453 : 454 : 455 : 456 : 457 : 458 : 459 : 460 : 461 : 462 : 463 : 464 : 465 : 466 : 467 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.