Случайный афоризм
Настоящий писатель, каким мы его мыслим, всегда во власти своего времени, он его слуга, его крепостной, его последний раб. Элиас Канетти
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

дважды. Он злобно схватил трубку и что-то пробурчал.
     - Помощник генерального прокурора,  -  услышал  он  вкрадчивый  голос
своего секретаря.  -  Чрезвычайно  важно.  Арестован  Де  Брюн.  Господину
генеральному прокурору необходимо срочно знать ваше мнение.
     - Пусть приедет. - Авакасов бросил трубку на рычаг, в высшей  степени
недовольный причиненным ему беспокойством. "Ваше мнение! Де Брюн! Срочно!"
Он плюнул.
     Помощник генерального прокурора, еще весьма молодой человек, носивший
какую-то аристократическую  фамилию,  был,  как  сразу  отметил  Авакасов,
довольно смышлен. Четко и кратко, ничего не скрывая и не преувеличивая, он
изложил существо дела.
     Полиция арестовала Де Брюна по обвинению  в  торговле  наркотиками  и
подстрекательстве к убийству, представив веские доказательства  его  вины.
Де Брюн потребовал немедленно связать его со своим адвокатом, и  тот  внес
предложение  освободить  под  залог  своего  подзащитного.  Очевидно,   он
намеревался скрыться. Если это предложение будет  отклонено,  то  Де  Брюн
грозил  опубликовать  материалы,  компрометирующие  господина   Авакасова.
Таково положение дел, и  господин  генеральный  прокурор  хотел  бы  знать
мнение господина Авакасова по этому вопросу.  Он  сожалеет,  что  не  смог
явиться лично, поскольку в данное время вызван на экстренное  совещание  в
министерство юстиции.
     - Идиот! - пробурчал старец, и было непонятно, кого он имел  в  виду,
Де Брюна или генерального прокурора. - Сколько стоит ваш материал?
     - Речь идет о голове Де Брюна, поэтому...
     - Ерунда! Если этот Де Брюн хочет  сохранить  голову,  то  он  должен
заткнуться. Так и передайте ему. Залог? Ну что же, если  он  заплатит,  то
почему не отпустить его?
     - Есть лица, которые хотят поднять скандал.
     - С ними уже договорились?
     - Они не идут на переговоры.
     Впервые лицо Авакасова ожило, его исказила злоба.
     - Тогда пусть этот кретин Де Брюн берет все на себя.
     - Если дело дойдет до суда, то речь пойдет о его жизни, -  настойчиво
повторил  помощник  генерального  прокурора.  -  И  он  не   возьмет   всю
ответственность на себя. Никогда.
     Тут Авакасов окончательно стряхнул с себя оцепенение. Куда подевалась
старческая немощь? Решительно, тремя предложениями, он сформулировал  свое
мнение:
     - Скажите Де Брюну, что я позабочусь о нем. Генеральному прокурору  -
что завтра в десять утра он  должен  быть  у  меня.  И  если  вы,  молодой
человек, хотите сделать карьеру, то попытайтесь выяснить, у кого  Де  Брюн
хранит свои материалы и сколько они стоят?
     Помощник  генерального  прокурора  понял,  что  на   этом   аудиенция
закончена. Понял и то, что  ему  предоставляется  редкий  шанс.  Он  низко
поклонился и молча покинул убранную золотыми  иконами  келью.  В  душе  он
ликовал.


     Встреча Авакасова с Ирэн протекала бы, вероятно, иначе, знай он о том
потрясении, которое она пережила  в  психиатрической  клинике  Жюно  и  от
которого все еще не оправилась.
     Авакасов так обрадовался появлению внучки, что  даже  не  заметил  ее
смущения. Он обнял и прижал ее к себе, жилистой, старческой рукой погладил
по волосам. Какое-то теплое чувство охватило Ирэн. В конце  концов,  кроме
Ламбера, дед был  единственно  близкий  ей  человек.  Он  всегда  старался
добиться и сохранить ее  доверие,  понять  ее  мир,  проблемы,  по  глазам
угадывал  желания.  Когда  ему  удавалось  чем-нибудь  порадовать  ее,  он
радовался вместе с ней. Делая ее счастливой, он сам становился счастливым,
ее счастье было его счастьем.
     - Почему ты не предупредила меня заранее, что приедешь? -  воскликнул

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.