Случайный афоризм
Отвратительно, когда писатель говорит, пишет о том, чего он не пережил. Альбер Камю
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



Этот день в истории
В 1870 году скончался(-лась) Александр Дюма


в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

намылил щеки и подбородок антиквара.
     - Если ты не думаешь о себе, - прохрипел Грандель,  -  то  подумай  о
дочери.
     - Она уже в другой клинике, под присмотром благочестивых  монашек.  А
пожертвование Господу Богу, скажем, ста тысяч франков позволит сделать его
великодушное сердце еще более великодушным. - Пьязенна схватил Гранделя за
нос и резко отвел его голову назад, желая вначале побрить низ подбородка.
     - Я дам тебе столько, сколько ты потребуешь, - пробормотал  Грандель,
пока Пьязенна снимал с лезвия пену и подправлял на ремне бритву.
     - Дадите? - Он ухмыльнулся. - Так много и сразу?
     - Мы сидим в одной лодке.
     - Нет. Поскольку я, почтенный хозяин, держу лезвие  бритвы  на  вашем
горле, а не вы на моем, то у меня преимущество  в  тридцать-сорок  лет.  Я
имею в виду вероятную разницу во времени между концом моей и вашей  жизни.
Кроме того, Де Брюн, даже если я позволю вам убежать - на что  не  следует
особенно рассчитывать, - начнет охоту не на меня, а на вас.  Вам  известны
все связи, товар находится в ваших драгоценных руках. И если  вы  сбежите,
то он найдет вас и на краю света. Как вам известно, это  для  него  вопрос
жизни или смерти. - Лезвием  бритвы  Пьязенна  снял  мыльную  пену  с  шеи
Гранделя.
     -  Здесь,  в  магазине,  у  меня  спрятана   партия   наркотиков   на
полмиллиона. И сто двадцать тысяч франков наличными, - сдавленным  голосом
произнес Грандель.
     Пьязенна повеселел.
     - Сто двадцать тысяч в кожаном портфельчике? Это как  раз  та  сумма,
которую я собирался пожертвовать Богу, чтобы в своей  бесконечной  доброте
он не оставил мою малютку. Мою куколку, как вы всегда любили выражаться. А
для последней партии героина, которую вы в этот раз припрятали  в  двойном
дне большой китайской вазы, я найду еще более достойное применение.
     - Ты ничего не сможешь сделать с такой огромной партией. -  Грандель,
несмотря на то что его голос дрожал, старался говорить спокойно. - Ты  сам
сказал: мне, а не тебе известны связи, без которых  не  сбыть  героин.  Мы
сделаем это вместе. Правда, есть риск, что Де  Брюн  перережет  горло  нам
обоим. Ну, да ладно. В конце концов, не такой уж он всесильный. Признаюсь,
- Грандель не отрывал взгляда от лезвия бритвы, - я  недооценивал  тебя  и
вел себя глупо. Но чего ты добьешься, перерезав мне сейчас горло? Рано или
поздно полиция схватит тебя и то же самое сделает с тобой именем закона.
     Грандель боролся за  свою  жизнь.  На  лице  Пьязенны  были  написаны
одолевавшие его чувства. Желание раба расквитаться со своим  мучителем  за
все оскорбления, весь позор было сильнее разумных доводов.
     - Помнишь, как ты говорил о моей дочери,  что  наступит  день  и  она
будет твоей, жирная свинья? Куколка для твоей постели, что - не так? А как
было с моей женой и этим мыловаром?  -  Рука  Пьязенны  с  зажатой  в  ней
бритвой сильно дрожала, и было странно, что он до сих пор еще не перерезал
Гранделю горло.
     -  Клянусь  всеми  святыми,  я  не  причастен  к  этому.  -  Грандель
почувствовал, что грань между его жизнью и смертью стала тоньше папиросной
бумаги.
     - Не ври, это твоя работа, - прошептал  Пьязенна.  -  И  со  мной  ты
обращался как с последним дерьмом. Возможно, суд присяжных и  оправдал  бы
меня, ведь у нас в стране развратные, неверные жены не вызывают  симпатии.
Но тебя-то они не оправдают! Полиции давно известно, что ты убил Мажене...
     Дыхание Гранделя стало прерывистым.
     - Я не убивал его! Это Ламбер!
     - Врешь!
     - Позволь сказать тебе еще кое-что, последнее слово!
     - Ну, рожай!
     - Героин находится не в вазе, а в позолоченном будде... Я скажу  тебе
также, где спрятан  подлинник  Джотто.  Я  закрасил  его,  это  альпийский
пейзаж... Верхний слой легко снимается, ты сам  можешь  убедиться,  что  я

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.