Случайный афоризм
Истина, образование и улучшение человечества должны быть главными целями писателя. Георг Кристоф Лихтенберг
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

он!
   (БОЖЕ, БОЖЕНЬКА...  СПАСИ МЕНЯ ОТ НЕГО... МАМОЧКА, СПАСИ-ИИ-И МЕНЯ ОТ
НЕГО...)
   Джонни вскрикнул  и рухнул рядом со скамейкой,  прижимая ладони к ще-
кам.  Перепуганный насмерть Баннерман присел возле него на корточки. Ре-
портеры за ограждением зашумели, задвигались.
   - Джонни! Довольно! Слышите, Джонни...
   - Хитрый,  - пробормотал Джонни. Он поднял на Баннермане глаза, в ко-
торых читались боль и страх.  Мысленно он еще видел эту черную фигуру  с
блестящими глазами-монетами, вырастающую из снежной круговерти. Он чувс-
твовал тупую боль в паху от прищепки, которой мать мучила убийцу в детс-
тве. Нет, тогда он еще не был ни убийцей, ни животным, не был ни соплей,
ни кучей дерьма, как однажды обозвал его Баннерман, он был просто обезу-
мевшим от страха мальчишкой с прищепкой на... на...
   - Помогите мне встать, - пробормотал Джонни.
   Баннерман помог ему подняться.
   - Теперь эстрада, - сказал Джонни.
   - Не стоит. Нам лучше вернуться.
   Джонни высвободился из его руки и как слепой  двинулся,  пошатываясь,
по  направлению  к эстраде - она огромной круглой тенью маячила впереди,
как склеп. Баннерман догнал Джонни.
   - Кто он? Вы знаете кто?
   - Под ногтями у жертв не обнаружено кожной ткани,  потому что на  нем
был плащ,  - сказал Джонни,  с трудом переводя дыхание. - Плащ с капюшо-
ном.  Скользкий прорезиненный плащ. Посмотрите донесения. Посмотрите до-
несения, и вы увидите. В те дни шел дождь или снег. Да, они царапали его
ногтями. И сопротивлялись. Еще как. Но пальцы у них соскальзывали.
   - Кто он, Джонни? Кто?
   - Не знаю. Но узнаю.
   Он споткнулся о ступеньку лестницы,  которая вела на эстраду, потерял
равновесие и наверняка упал бы,  не подхвати его Баннерман под руки. Они
стояли на помосте. Благодаря конической крыше снега здесь почти не было,
только слегка припорошило.  Баннерман посветил фонариком, а Джонни опус-
тился на четвереньки и медленно пополз вперед.  Руки  у  него  сделались
багровыми. Они казались Баннерману похожими на сырое мясо.
   Внезапно Джонни остановился и замер, точно собака, взявшая след.
   - Здесь, - пробормотал он. - Он сделал это здесь.
   И  вдруг  нахлынуло:  лица,  ощущения,  фактура  вещей.   Нарастающее
возбуждение,  вдвойне   острое  оттого,   что  могут   увидеть.  Девочка
извивается,  пытается  кричать.  Он  закрывает  ей рот рукой в перчатке.
Чудовищное возбуждение. ГДЕ ВАМ  ПОЙМАТЬ МЕНЯ - Я  ЧЕЛОВЕК-НЕВИДИМКА. НУ
КАК, МАМОЧКА, ЭТА ГРЯЗЬ СОЙДЕТ ДЛЯ ТЕБЯ?
   (Треск разрываемой одежды.  Что-то теплое,  мокрое.  Кровь?  Семенная
жидкость? Моча?)
   Джонни дрожал всем телом.  Волосы закрыли глаза.  ЕГО ЛИЦО. СВЕДЕННОЕ
СУДОРОГОЙ  ЛИЦО,  В ОБРАМЛЕНИИ КАПЮШОНА...  ЕГО (МОИ) РУКИ СОЕДИНЯЮТСЯ В
МОМЕНТ ОРГАЗМА НА ШЕЕ ЖЕРТВЫ И СЖИМАЮТ... СЖИМАЮТ... СЖИМАЮТ...
   Видение стало ослабевать,  и сила ушла из рук. Он упал ничком и расп-
ростерся на сцене, сотрясаясь от рыданий. Баннерман тронул его за плечо,
Джонни вскрикнул и рванулся в сторону с перекошенным от страха лицом. Но
мало-помалу напряжение спадало. Он ткнулся головой в низкую балюстраду и
закрыл глаза.  По телу пробегали судороги,  как это бывает у гончих.  На
пальто и брюки налип снег.
   - Я знаю, кто это сделал, - сказал он.

   Через пятнадцать минут Джонни сидел в кабинете Баннермана, раздевшись
до белья и вплотную придвинувшись к портативному  обогревателю.  Он  был
по-прежнему весь какой-то озябший и жалкий, но дрожь прекратилась.
   - Может, все-таки выпьете кофе?
   Джонни покачал головой.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 : 179 : 180 : 181 : 182 : 183 : 184 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.