Случайный афоризм
То, что по силам читателю, предоставь ему самому. Людвиг Витгенштейн
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

   Джонни отвел руку с телефонной трубкой и,  взглянув на нее,  внезапно
все понял. Он смотрел на нее так, как человек смотрит на змею, вдруг со-
образив, что она ядовитая.
   - Мистер Смит? - еле слышно прокричала трубка. - Алло? Мистер Смит?
   - Слушаю, - сказал Джонни, вновь приложив трубку к уху. Его распирала
глухая злость на Сэма Вейзака, Сэма, который только нынешним летом твер-
дил ему, чтобы он не высовывался, а сам за его спиной наговорил бог зна-
ет чего первому встречному.
   - Вы звоните по поводу задушенных, да?
   Баннерман долго колебался. Затем спросил:
   - Мы могли бы встретиться, мистер Смит?
   - Нет.  Совершенно  исключено.  -  Глухая злость внезапно переросла в
ярость. И не только в ярость. Джонни стало страшно.
   - Мистер Смит, это очень важно. Сегодня...
   - Нет.  Я хочу, чтобы меня оставили в покое. И потом, разве вы не чи-
таете этот дурацкий "Потусторонний взгляд"? Я же самозванец.
   - Доктор Вейзак сказал...
   - Он не имел права ничего говорить!  - закричал Джонни. Его трясло. -
Прощайте! - Он бросил трубку на рычаг и быстро отошел от телефона, будто
это могло помешать новому звонку. Он чувствовал, как в висках зарождает-
ся головная боль.  Глухие толчки. Не позвонить ли матери Сэма в Калифор-
нию,  подумал он. Сказать ей, что у нее есть сынок. И сообщить, как свя-
заться с ним. Око за око.
   Вместо этого он вытащил из ящика телефонный справочник, отыскал рабо-
чий  телефон  Сэма в Бангоре и набрал номер.  Едва на другом конце линии
раздался звонок,  как он, испугавшись, повесил трубку. Зачем Сэм устроил
ему это? Зачем, черт возьми?
   Он взглянул на рождественскую елку.
   Все те же старые  игрушки.  Два дня  назад они с отцом  принесли их с
чердака, вытащили  из мягких  бумажных оберток  и повесили  на елку. Вот
ведь как забавно  с этими елочными  игрушками. Когда человек  вырастает,
мало что остается из вещей, окружавших его в детстве. Все на свете  пре-
ходяще.  Немногое  может  служить  и  детям и взрослым. Одежда переходит
кому-то  по  наследству  или  передается  в  Армию  спасения; из часов с
утенком  Дональдом   на  циферблате   выскакивает  заводная    пружинка;
ковбойские  сапоги  изнашиваются.   Вместо  бумажника,  который  ты  сам
смастерил в летнем  лагере, появился другой,  из настоящей кожи,  а свою
красную  коляску  и  велосипед  ты   променял  на  взрослые  игрушки   -
автомобиль, теннисную  ракетку, модную  приставку для  игры в  хоккей по
телевизору. Мало что сохраняется от детства. Несколько книг,  счастливая
монетка, коллекция марок, которая уцелела и пополнилась.
   Да еще игрушки для рождественской елки в доме родителей.
   Из  года  в  год  все  те  же  облупившиеся  ангелы и та же звезда из
фольги,   которой   увенчивали   елку;   небольшой   жизнестойкий  взвод
стеклянных шаров, уцелевших из целого батальона (мы не забудем  геройски
павших,  подумал   он;  один   погиб,  сжатый   рукой  ребенка,   другой
выскользнул у отца, когда тот его  вешал, и хлопнулся об пол, а  третий,
красный,  с  Вифлеемской  звездой,  каким-то загадочным образом оказался
вдруг разбитым, когда  однажды мы достали  игрушки с чердака,  и я долго
горько  плакал),  а  вот  и  крестовина.   Но  иногда, размышлял Джонни,
рассеянно потирая  виски, было  бы, наверное,  лучше, милосерднее совсем
порвать  с  этими  последними  отголосками  прошлого.  Старые  книги уже
никогда не  взволнуют тебя  так, как  в детстве.  Счастливая монетка  не
уберегла  тебя  от  ударов,  издевок  и  обыденности.  Глядя  на елочные
игрушки,  вспоминаешь,  что  когда-то  здесь  хозяйничала мать; она всех
учила  наряжать   елку;  должно   быть,  ей   нравилось  изводить   тебя
указаниями: "немного выше", или "немного ниже", или "по-моему,  дорогой,
слишком много  мишуры слева",  - а  ты тихо  закипал. Глядя  на игрушки,
сознаешь,  что  на  сей  раз  мы  развешивали их вдвоем, потому что мать
сошла с ума и умерла,  а хрупкие шары по-прежнему здесь,  украшают новую

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 : 179 : 180 : 181 : 182 : 183 : 184 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.