Случайный афоризм
Мне конец, как только я кончу сочинять, и это меня радует. Роберт Вальзер
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

   - Все это ни к чему, - сказал Сэм.
   Джонни шарил  под  стулом  в поисках ботинок и никак не мог их найти.
Сэм вытащил ботинки из-под кровати и протянул ему.
   - Я отвезу вас. Джонни взглянул на него.
   - Отвезете?
   - Да, только если вы примете легкое успокоительное.
   - А ваша жена... - Он смутился, сообразив, что о личной жизни Вейзака
ему достоверно известно только одно: его мать живет в Калифорнии.
   - Я разведен,  - сказал Вейзак.  - Врач редко бывает дома по ночам...
если он не педиатр или не дерматолог.  Моей жене супружеская постель ка-
залось скорее полупустой,  чем полуполной.  Поэтому она заполняла ее кем
придется.
   - Извините, - смутился Джонни.
   - Вы тратите чересчур много времени на извинения, Джон, - Лицо у Сэма
было мягким, а глаза жесткими. - Надевайте ботинки.

   ИЗ БОЛЬНИЦЫ В БОЛЬНИЦУ,  в полудреме думал Джонни, как бы паря в воз-
духе под действием маленькой голубой таблетки - он принял ее перед  тем,
как они с Сэмом вышли из "Медикэл сентр" и уселись в "эльдорадо" выпуска
1975 года.  ИЗ БОЛЬНИЦЫ В БОЛЬНИЦУ,  ОТ ЧЕЛОВЕКА К ЧЕЛОВЕКУ,  ИЗ  ОДНОГО
МЕСТА В ДРУГОЕ.
   Странное дело, в глубине души он наслаждался этой поездкой -  впервые
за пять  лет он  покинул больницу.   Ночь была  ясная, по  небу световой
спиралью распластался Млечный Путь;  они мчались к югу  через Пальмайру,
Ньюпор, Питсфилд, Бентон, Клинтон, а за ними над темными деревьями  плыл
месяц. С легким  шуршанием машина летела  среди всеобщего безмолвия.  Из
четырех динамиков магнитофона звучала тихая музыка - Гайдн.
   В ОДНУ БОЛЬНИЦУ ПОПАЛ В КАРЕТЕ "СКОРОЙ ПОМОЩИ" ИЗ КЛАВЕ МИЛС,  В ДРУ-
ГУЮ ЕДУ НА "КАДИЛЛАКЕ",  думал он.  Но его это не тревожило. Хорошо было
просто ехать, плыть по течению и на время забыть о матери, о своих новых
способностях,  о любителях лезть в чужую  душу.  (ОН  САМ  НАПРОСИЛСЯ...
ТОЛЬКО НЕ ТРОГАЙТЕ МЕНЯ,  ЛАДНО?) Вейзак молчал. Иногда он что-то мурлы-
кал себе под нос.
   Джонни смотрел на звезды.  Смотрел на шоссе,  почти пустынное в  этот
поздний час.  Оно безостановочно раскручивалось перед ними. Они миновали
дорожный пост,  где Вейзак получил билетик-квитанцию.  И снова вперед  -
Гарднер, Сабаттис, Льюистон.
   ПОЧТИ ПЯТЬ ЛЕТ,  ДОЛЬШЕ,  ЧЕМ ИНЫЕ, ОСУЖДЕННЫЕ ЗА УБИЙСТВО ПРОВОДЯТ В
ТЮРЬМЕ.
   Он заснул.
   Ему приснился сон.
   - Джонни,  - говорила во сне мать.  - Джонни,  помоги, исцели меня. -
Мать была в нищенских отрепьях.  Она ползла к нему по булыжной мостовой.
Лицо у нее было бледное. Колени окровавлены. В редких волосах шевелились
белые вши. Она протягивала к нему дрожащие руки. - Ты наделен божествен-
ной силой,  - говорила она. - Это большая ответственность, Джонни. Боль-
шое доверие. Ты должен быть достоин его. Он взял ее руки, накрыл их сво-
ими и сказал:
   - Злые духи, оставьте эту женщину.
   Она встала с колен.
   - Исцелилась!  - закричала она голосом, исполненным какогото странно-
го, зловещего торжества. - ИСЦЕЛИЛАСЬ! МОЙ СЫН ИСЦЕЛИЛ МЕНЯ! ДА СЛАВЯТСЯ
ЕГО ЗЕМНЫЕ ДЕЯНИЯ!
   Он попытался протестовать,  сказать ей,  что совсем не хочет  вершить
славные деяния, или вещать на нескольких языках, или предсказывать буду-
щее, или находить утерянные вещи. Он пытался сказать ей все это, но язык
не слушался.  Затем мать оказалась позади него,  она уходила по булыжной
мостовой,  подобострастно сгорбившись, но в то же время в ее облике было
что-то вызывающее; голос матери звучал подобно колоколу:
   - СПАСЕНА!  СПАСИТЕЛЬ! СПАСЕНА! СПАСИТЕЛЬ!

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 : 179 : 180 : 181 : 182 : 183 : 184 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.