Случайный афоризм
Только о великом стоит думать, только большие задания должен ставить себе писатель: ставить смело, не смущаясь своими личными малыми силами. Александр Александрович Блок
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

му, проснулся. Он расположен в районе темени. Это один из наиболее слож-
ных участков "передового",  или "думающего", мозга. Посылаемые им элект-
рические импульсы совсем не такие, какими должны быть, правильно? И еще.
Теменной участок имеет какое-то отношение к осязанию - в какой  степени,
сказать  трудно - и расположен весьма близко к той части мозга,  которая
определяет и отождествляет различные формы и структуры. Так вот, по моим
наблюдениям,  "озарения"  у Джона всегда вызываются предварительным кон-
тактом.
   Тишина. Репортеры судорожно записывают. Телевизионные камеры, которые
было придвинулись, чтобы показать крупным планом Вейзака, сейчас отъеха-
ли, чтобы в кадр вошел и Джонни.
   - Так, Джонни? - снова спросил Вейзак.
   - Мне кажется...
   Внезапно сквозь толпу репортеров протиснулся Дюссо.  Джонни  подумал,
что  он собирается сделать какое-то опровержение.  Затем он увидел,  как
Дюссо стаскивает что-то с шеи.
   - Пускай продемонстрирует нам свои способности,  - сказал  Дюссо.  Он
держал медальку на тонкой золотой цепочке.  - Посмотрим, что вы сделаете
с этим.
   - Ничего вы не посмотрите, - сказал Вейзак. Его седоватые густые бро-
ви грозно сдвинулись,  и он воззрился на Дюссо, как пророк Моисей. - Это
человек не цирковой факир, сэр!
   - А что, если вы меня дурачите? - спросил Дюссо. - Либо он может, ли-
бо нет,  верно?  Пока вы нам тут рассказывали обо всем,  я и сам подумал
кое о чем.  Например,  о том,  что такие парни ничего не могут  сделать,
когда их просят, а значит, им грош цена.
   Джонни окинул взглядом репортеров. Они смотрели на него во все глаза,
нетерпеливо ожидая ответа.  Исключение составлял Брайт,  у которого  был
несколько  смущенный  вид.  Джонни вдруг почувствовал себя христианином,
брошенным в яму ко львам.  Они все равно будут в выигрыше,  подумал  он.
Если я смогу сказать ему что нибудь интересное,  они получат материал на
первую полосу. Если не смогу или откажусь, состряпают фельетон.
   - Ну что? - спросил Дюссо. Медаль раскачивалась на цепочке, зажатой в
кулаке.
   Джонни взглянул на Вейзака, но тот с отвращением отвернулся.
   - Дайте-ка ее сюда, - сказал Джонни.
   Дюссо передал медаль.  Джонни положил ее на ладонь. Это оказалась ме-
даль с изображением святого Христофора.  Джонни выпустил тонкую  цепочку
и,  когда она с сухим шуршанием выросла желтой горкой на ладони, прикрыл
ее рукой.
   Наступила мертвая тишина. У двери стояла группа врачей и медсестер; к
ним  присоединились  несколько больных - они уже выписались,  собирались
уходить и были поэтому в верхней одежде.  В конце коридора,  ведущего  в
комнату  отдыха с телевизором и настольными играми,  сгрудились больные.
Из главного вестибюля подошли посетители. Воздух был наэлектризован, как
будто где-то рядом проходила линия высокого напряжения.
   Джонни, бледный и худой,  в белой рубашке и мешковатых джинсах, стоял
молча.  Он так сжал медаль в правой руке,  что при  свете  телевизионных
юпитеров  были  ясно  видны вздувшиеся вены.  Перед ним в темном костюме
стоял Дюссо,  спокойный, непогрешимый и суровый, как судья. Время словно
остановилось. Ни кашля, ни шепота.
   - О-о, - тихо сказал Джонни... и затем: - Вот как?
   Пальцы его медленно разжались. Он взглянул на Дюссо.
   - Ну?  - спросил Дюссо,  но уже совсем другим голосом: вся его агрес-
сивность вдруг исчезла. Исчез и усталый, нервный молодой человек, только
что отвечавший на вопросы репортеров. На губах Джонни играла полуулыбка,
но ничего теплого в ней не было. Голубые глаза потемнели, взгляд их стал
холодным и отсутствующим.  У Вейзака мороз пробежал по  коже.  Потом  он
рассказывал,  что увидел лицо человека, наблюдающего в сильный микроскоп
интересную разновидность инфузории туфельки.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 : 179 : 180 : 181 : 182 : 183 : 184 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.