Случайный афоризм
Проблема искусства есть проблема перевода. Плохие писатели те, кто пишут, считаясь с внутренним контекстом, не известным читателю. Нужно писать как бы вдвоем: главное здесь, как и везде, - научиться владеть собою. Альбер Камю
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

часов через пять взойдет Стилсон.
   Он сел на пол по-турецки и перевел дух.  Несколько раз глубоко вздох-
нул,  чтобы успокоить головную боль. Печка не топилась, и он чувствовал,
как холод обволакивает его,  пробирает насквозь. Предвестие гробовых пе-
лен.
   Когда немного  отпустило,  он  нажал на замочки "дипломата".  Двойной
щелчок отозвался эхом,  как ранее отозвались шаги; сейчас это напоминало
звук взводимых курков.
   ПРАВОСУДИЕ ПО-АМЕРИКАНСКИ,  подумал он ни с того ни с сего. Так гово-
рил прокурор,  когда присяжные признали виновной Клодину Лонге,  застре-
лившую  своего  любовника.  ТЕПЕРЬ  ОНА  ПОНЯЛА,  ЧТО  ЗНАЧИТ ПРАВОСУДИЕ
ПО-АМЕРИКАНСКИ.
   Джонни заглянул в "дипломат" и в растерянности заморгал - у него ста-
ло двоиться в глазах. Затем это прошло. И вдруг перед его мысленным взо-
ром возникла картина.  Картина очень далекого прошлого; похоже на старую
фотографию, сделанную сепией. На галерее толпятся мужчины, курят сигары,
рассказывают анекдоты в ожидании начала собрания. Какой это год? 1920-й?
1902-й?  Во  всем  этом было что-то жутковатое,  и ему стало не по себе.
Один из мужчин говорит о ценах на виски и ковыряет в носу серебряной зу-
бочисткой,
   (А ДВА ГОДА НАЗАД ОН ОТРАВИЛ СВОЮ ЖЕНУ)
   Джонни поежился. Картина, впрочем, не стоит особого внимания. Мужчина
давно уже мертв.
   Из "дипломата" поблескивал ствол винтовки.
   НА  ВОЙНЕ  ЗА  ЭТО  ПРЕДСТАВЛЯЮТ  К  НАГРАДЕ, пронеслось в голове. Он
начал  собирать  винтовку.  Каждому   щелчку  вторило  эхо,  коротко   и
внушительно, напоминая все тот же звук взводимого курка.
   Он зарядил "ремингтон" пятью патронами.
   Положил винтовку на колени.
   И стал ждать.

   Медленно рассветало. Джонни ненадолго забылся, но было слишком холод-
но,  чтобы заснуть по-настоящему.  Он видел какието короткие, обрывистые
сны.
   Окончательно он очнулся, когда часы показывали начало восьмого. Дверь
внизу с шумом отворилась, и он чуть было не вскрикнул: КТО ТАМ?
   Это был сторож.  Джонни приник глазом к ромбовидной прорези в балюст-
раде и видел крупного мужчину в бушлате.  Он шея по центральному проходу
с вязанкой дров, мурлыча "Долину Красной реки". С грохотом вывалив дрова
в деревянный ящик,  он исчез из поля зрения. Секундой позже Джонни услы-
шал высокий дребезжащий звук открываемой печной заслонки.
   Вдруг Джонни подумал о том, что при каждом выдохе из рта у него выры-
ваются облачка пара.  А если сторож подымет голову?  Заметит он  что-ни-
будь?
   Он попробовал задержать дыхание, но от этого усилилась головная боль,
и опять все стало раздваиваться перед глазами.
   Донесся хруст сминаемой бумаги,  чиркнула спичка.  В  стылом  воздухе
слабо запахло серой.  Сторож продолжал мурлыкать "Долину Красной реки" и
вдруг запел, громко и фальшиво: "Ты долину навек покидаешь... не забудем
улыбку  твою-ууу-уу..."
   Послышался другой звук - потрескивание. Занялся огонь.
   - Сейчас мы тебя, гад ползучий, - сказал сторож под самой галереей, и
печная дверца захлопнулась. Джонни, точно кляпом, зажал рот обеими рука-
ми, чтобы не сыграть шутку, которая окажется для него последней. Он явс-
твенно представил: вот он встает во весь рост на галерее, тощий и белый,
как всякое уважающее себя привидение,  раскидывает руки,  словно крылья,
выставив пальцы-когти, и говорит замогильным голосом: "Это мы сейчас те-
бя, гад ползучий!"
   Джонни подавил смешок.  Голову распирало,  она была словно гигантский
помидор,  заполненный  горячей,  пульсирующей кровью.  Перед глазами все

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 : 179 : 180 : 181 : 182 : 183 : 184 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.