Случайный афоризм
Поэты рождаются в провинции, а умирают в Париже. Французская пословица
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

   Вино лилось рекой,  и Джонни выпил четыре бокала - вдвое больше обыч-
ного;  возможно, тому причиной была встреча с Сарой, которая приехала не
одна,  а может быть, просто, глядя на сияющую Чарлину, он до конца осоз-
нал,  что  Вера Смит ушла навсегда...  Как бы то ни было,  направляясь к
Гектору Маркстоуну,  отцу невесты,  минут через пятнадцать  после  ухода
Хэзлитов, он чувствовал приятный шум в голове.
   Старик сидел в углу возле порушенного свадебного пирога, сложив скрю-
ченные артритом руки на набалдашнике трости. Одна дужка его темных очков
была  обмотана черной изоляционной лентой.  Возле него стояли две пустые
бутылки из-под пива и еще одна, недопитая. Он всмотрелся в лицо Джонни.
   - Ты сын Герберта?
   - Да, сэр.
   Еще более пристальный взгляд.
   - Ты плохо выглядишь, мальчик.
   - Это, наверно, оттого, что я допоздна работаю.
   - Тебе надо попить что-нибудь тонизирующее. Чтобы прийти в норму.
   - Вы участвовали в первой мировой войне? - спросил Джонни.
   К синему саржевому пиджаку старика были приколоты медали, в том числе
французский Военный крест.
   - А как же,  - просветлел Маркстоун. - Служил под командованием Джека
Першинга.  Американский экспедиционный корпус. Семнадцатый-восемнадцатый
год. Прошли огонь и воду. И по грязи топали, и дерьмо лопали. Белло Вуд,
мой мальчик, Белло Вуд. Для многих сейчас это просто название из учебни-
ка истории.  А я там был. Я видел, как там умирали. И по грязи топали, и
дерьмо лопали, и кости свои разбрасывали по полю.
   - Чарлина говорила, что ваш сын... ее брат...
   - Бадди?  Да,  был бы сейчас тебе вроде дядюшки.  Любили ли мы своего
мальчика? Как не любить. При рождении ему дали имя Джо, но все его звали
Бадди.  Как получила мать Чарли ту телеграмму,  так начала таять на гла-
зах.
   - Его убили на войне?
   - Убили,  - не сразу ответил старик.  - Сент-Лу, сорок четвертый год.
Не так уж далеко от Белло Вуд - по тамошним понятиям. Угодил под нацист-
скую пулю.
   - Я тут пишу статью,  - сказал Джонни,  еще больше хмелея при мысли о
том,  как ловко он направил разговор в интересующее его русло. - Надеюсь
продать ее в "Атлантик" или "Харперс"...
   - Ты писатель? - Стекла зеркальных очков блеснули; Джонни явно пробу-
дил его любопытство.
   - Начинающий,  - сказал Джонни. Он уже сожалел о своей разговорчивос-
ти. - ДА, Я ПИСАТЕЛЬ. ПИШУ ПО НОЧАМ. - В общем, статья будет о Гитлере.
   - О Гитлере? Что о Гитлере?
   - Видите ли...  предположим... предположим, что вы сели в машину вре-
мени и вернулись в тридцать второй год.  В Германию.  И предположим,  вы
встречаете Гитлера. Вы убьете его или оставите в живых?
   Темные очки старика приблизились к самому лицу Джонни. С Джонни сразу
слетел весь хмель,  и куда-то девались и разговорчивость, и умные мысли.
Все теперь зависело от того, что ему ответит этот старик!
   - Ты не шутишь, сынок?
   - Нет, не шучу.
   Гектор Маркстоун  снял  одну  руку с набалдашника трости,  запустил в
карман брюк и бесконечно долго там рылся.  Наконец он вынул ее.  В  руке
оказался складной нож с костяной рукоятью,  отполировавшейся и пожелтев-
шей за много лет.  Тут заработала другая рука, которой старик с осторож-
ностью, отличающей артритиков, стал раскрывать нож. Лезвие коварно блес-
нуло в лучах яркого света. Этот нож проделал путь во Францию в 1917 году
вместе с мальчишкой,  вступившим в армию таких же мальчишек,  которым не
терпелось дать по рукам грязному бошу,  коловшему штыком детей и насило-
вавшему  монахинь,  и показать этим французикам,  как надо воевать.  Тех
мальчишек косили из пулеметов,  их валила дизентерия  и  инфлюэнца,  они

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 : 179 : 180 : 181 : 182 : 183 : 184 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.