Случайный афоризм
Очень трудно писать то, что является исключительно вашим изобретением, оставаясь при этом верным другому тексту, который вы анализируете. Жак Деррида
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

     Он  уже  садился  в  броневик,  когда  к  нему   подбежал   лейтенант
Долгополов.
     - Товарищ комиссар, а как же мы со старшиной? Мы с вами.  Вам  нельзя
одному ехать...
     Воронцов твердо было решил, что не будет брать с собой никого,  чтобы
потом, возвращаясь домой, не оставлять бойцов одних в  глубоком  тылу.  Но
глядя на лейтенанта, он изменил свое решение. На войне быстро привыкаешь к
людям, да и действительно, мало ли  что  может  случиться?  В  одиночку  и
машину из колдобины не вытолкаешь.
     А как быть потом, он сообразит исходя из обстановки. В крайнем случае
- кто или что помешает ему забрать лейтенанта и старшину с собой, если  не
будет иного выхода? Не форзейли же...
     При этой неожиданной мысли он усмехнулся.
     - Хорошо, Долгополов. Зовите старшину...



     Вновь броневик неспешно пылил по  дороге.  Воронцов  стоял,  опираясь
спиной о кромку правого люка, лейтенант сидел за рулем,  а  старшина  Швец
шевелился и погромыхивал какими-то железками в тесной  коробке  пулеметной
башни.
     Как  известно,  обстановка  на  войне  -  дело  темное,  даже   и   в
сравнительно спокойные моменты, а уж тем более  -  в  разгар  ожесточенных
маневренных боев.
     Броневик, взревев мотором, пробуксовал в песке,  выскочил  на  крутой
перегиб дороги, и Воронцов буквально в двух десятках  шагов  увидел  перед
собой целое стадо тяжелых мотоциклов "цундап", именно  стадо,  потому  что
двигались они во всю ширину дороги без всякого видимого  порядка,  грохоча
выхлопами, окутываясь струями и клубами синего дыма, на каждом  -  по  три
веселых немца образца сорок первого года, которым война еще в охотку  и  в
удовольствие, напрочь свободные от неарийских мыслей,  настроенные  только
на скорую и неизбежную победу.
     Каски  свалены  в  коляски,  рукава  закатаны  до  локтей,  воротники
расстегнуты, наверно и фляжки со шнапсом далеко уже не полные...
     Воронцов еще только начал реагировать,  а  старшина,  не  успев  даже
упереть в плечо приклад пулемета, нажал на спуск.
     Длинная,  патронов  на  тридцать,  очередь  прошла  поперек  колонны,
вышибая из седел и водителей, и стрелков.
     Потом Швед поймал обтянутую черным дерматином подушку приклада и стал
стрелять прицельно.
     На дороге мгновенно  возник  завал,  несколько  мотоциклов  вспыхнули
высокими факелами светлого пламени, задние еще пытались  развернуться  под
пулями, но ни времени, ни простора для маневра у них не оказалось.
     Безусловно, немцам не повезло, просто невероятно не  повезло.  На  их
стороне были все шансы, только один какой-то крошечный - против. И он  как
раз и выпал.
     Полсотни солдат - против троих, пятнадцать пулеметов - против одного.
В любых других условиях тут бы и говорить не о чем было.  Развернулись  бы
веером и прямо с колясок изрубили струями пуль  жестяную  броню,  закидали
гранатами, не дали бы и наружу никому выскочить.
     Подвел сбой по фазе. Если бы немцы  первыми  оказались  на  гребне  -
тогда все!
     Впрочем, и это еще неизвестно. Скорость реакции тоже кое-что  значит.
Старшина Швед пять лет служил в кавалерии, воевал  с  басмачами,  бывал  в
сабельных рубках, умел на полном аллюре поднимать зубами фуражку с  земли,
без промаха бил в цель с седла из карабина и нагана. Так что и при  прочих
равных молодые подвыпившие немцы могли не успеть.
     А дальше уже понятно.
     Кинжальный  пулеметный  огонь   с   предельно   короткой   дистанции,
практически в упор, способен вырубить толпу и побольше этой.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 : 179 : 180 : 181 : 182 : 183 : 184 : 185 : 186 : 187 : 188 : 189 : 190 : 191 : 192 : 193 : 194 : 195 : 196 : 197 : 198 : 199 : 200 : 201 : 202 : 203 : 204 : 205 : 206 : 207 : 208 : 209 : 210 : 211 : 212 : 213 : 214 : 215 : 216 : 217 : 218 : 219 : 220 : 221 : 222 : 223 : 224 : 225 : 226 : 227 : 228 : 229 : 230 : 231 : 232 : 233 : 234 : 235 : 236 : 237 : 238 : 239 : 240 : 241 : 242 : 243 : 244 : 245 : 246 : 247 : 248 : 249 : 250 : 251 : 252 : 253 : 254 : 255 : 256 : 257 : 258 : 259 : 260 : 261 : 262 : 263 : 264 : 265 : 266 : 267 : 268 : 269 : 270 : 271 : 272 : 273 : 274 : 275 : 276 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.