Случайный афоризм
Посулы авторов - то же, что обеты влюбленных. Бенджамин Джонсон
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

			КНИГА ПЕРВАЯ. ГАМБИТ БУБНОВОЙ ДАМЫ


       			ПРОЛОГ. НА ДАЛЕКОМ БЕРЕГУ

     В пространстве все происходит беззвучно. Соприкасаются ли кристаллики
льда в хвосте кометы или взрывается звезда. Вполне возможно, что и в  этом
выражается рациональность природы,  ее  нежелание  тратиться  на  ненужные
эффекты там,  где  их  некому  оценить.  И  действительно  -  кто  мог  бы
наблюдать, как в одном из секторов Дальнего Космоса, бог знает в  скольких
сотнях  или  тысячах  парсек  от   обжитых   и   освоенных   мест,   вдруг
материализовался подпространственный звездный крейсер типа "Кондотьер-VII"
-  огромный,  зеркально-блестящий,   полыхающий   фиолетовыми   импульсами
генераторов,  -  появился  в  реальном  пространстве,  гася  околосветовую
скорость  до  планетарной,  и  начал  вдруг  изгибаться  по   всем   осям,
деформироваться и искажаться, как искажаются очертания дальних предметов в
жарком мареве пустыни.
     Затем - через миг непредставимо короткий (или настолько же длинный  -
на границе подпространственных туннелей время теряет размерность  и  знак)
крейсер  исчез,  растаял,  растворился,   после   него   осталось   только
невообразимой яркости бесшумное  лиловое  пламя.  А  потом  -  совсем  уже
ничего.
     ...Три человека в штурманской рубке крейсера - путевая вахта -  вдруг
ощутили легкую дрожь палубы. Дрожь мелкую, едва уловимую, возникшую где-то
далеко в корме, но от  которой  внезапно  и  остро  заныли  зубы.  Штурман
вскинул голову на приборы, но не успел ничего увидеть  и  оценить.  Потому
что второй, теперь  уже  катастрофически  мощной  ударной  волной  корабль
скрутило судорогой  деформации,  разрывая  уши  пронзительным  до  тошноты
скрежетом рвущегося металла и грохотом ломающегося пластика.
     И все!
     Люди так и не успели ничего  понять  и  почувствовать.  Катастрофы  в
космосе если происходят, то происходят быстро.
     Среагировали автоматы. Совсем ненамного,  на  тысячную  долю  секунды
опередив ту вспышку, что превратила  в  плазму  огромный  по  человеческим
меркам корабль. Ходовая рубка, вынесенная на восемьсот  метров  вперед  от
главного  ствола  и  на  три  километра  от  маршевых  генераторов,  имела
автономный псевдомозг, и сигнал крайней опасности поступил в  него  прежде
чем испарились волноводы.
     Закрученные в тугие силовые  коконы  спасательных  капсул  тела  трех
космонавтов отделились от крейсера, уже начавшего превращаться в излучение
и, изолированные от времени и пространства, полностью  подчинились  всему,
что предусматривала включившаяся аварийная программа.  Остальные  двадцать
два члена экипажа разделили судьбу своего корабля.
     ...Спасательные средства - вещь, безусловно, полезная.  Беда  лишь  в
том, что иногда они вместо смерти легкой  и  незаметной  предлагают  конец
долгий и мучительный.  Как  в  свое  время,  например,  надувной  жилет  в
полярных водах. Через триста лет в этом смысле мало что  изменилось.  Хотя
виноваты,  конечно,  не  сами  средства,  а   всегда   и   только   -   не
соответствующие средствам обстоятельства.
     Три человека стояли на полотой, уходящей  вдаль  и  вниз  равнине.  У
дальнего горизонта стеной чернел лес, будто размашисто нарисованный  тушью
по серой бумаге, ближе по склону беспорядочно  росли  одинокие  неохватные
сосны, с низкого рыхлого неба бесшумно падал  медленный  снег,  задергивая
сумрачный пейзаж прозрачной, колеблющейся завесой.  Трудно  представить  и
еще труднее передать ощущения людей, только что,  сию  минуту  сидевших  в
удобных креслах, в  уютной  и  привычной  тишине  ходовой  рубки  могучего
звездолета, не успевших  ничего  подумать,  осознать,  просто  испугаться,
наконец, - и вдруг выброшенных на унылую серую  равнину,  где  косо  летит
пушистый снег,  мертво  шуршит  промерзшая  трава  на  голых  подветренных

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.