Случайный афоризм
Мне кажется, что я наношу непоправимый урон чувствам, обуревающим мое сердце, тем, что пишу о них, тем, что пытаюсь их объяснить вам. Луи Арагон
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

покопают.
   - Что ж,  это будут ваши похороны - а может быть  и  их,  -
пробормотал  Хейдин,  забираясь  в  электромобиль и захлопывая
дверцу.  Он посмотрел на залезающего с другой стороны Брона  и
его озарила внезапная мысль - Послушай,  а где твой багаж?  Ты
не забыл его в тендере?
   - Как здорово,  что вы так заботитесь обо мне.  - Он указал
на свое стадо,  которое немного разбрелось и с довольным видом
рылось в  лесной  подстилке.  К  спине  большого  борова  были
привязаны  два чемодана,  а у свиньи поменьше,  рядом с ним на
спине болтался потрепанный чемоданчик.
   - Люди  даже не подозревают,  насколько полезны свиньи.  На
Земле их тыщи лет использовали как вьючных животных, вот что я
скажу,  сэр.  Для  чего  только  эти  свиньи не годятся.  Вот,
древние египтяне с ними семена сажали.  Знаете,  у них копытца
маленькие  и  острые,  и в мягкой земле семена они затаптывают
аккурат на нужную глубину.
   Губернатор Хейдин  выжал  реостат  до  упора и молча крутил
руль,  пока над  его  головой  витал  буколический  экскурс  в
свинологию.

   2.

   - Это и есть ваш муниципалитет?  - Спросил  Брон.  -  Какая
прелесть.
   Губернатор нажал на тормоз,  и электромобиль,  прошуршав по
дороге,  остановился перед строением. Пыль, поднятая с дороги,
где не было  и  намека  на  покрытие,  окутала  их  клубящимся
облаком. Губернатор подозрительно уставился на Брона.
   - Не дорос еще,  чтоб насмехаться,  -  фыркнул  он.  -  Так
получилось,  что  это  одно  из  первых  зданий,  что  мы  тут
построили,  и оно выполняет свои функции, даже если немного...
гм... состарилось.
   Состарилось - это не то слово,  понял он, впервые за многие
годы  посмотрев  на  дом  свежим  взглядом.  Он стал абсолютно
лохматым.  Наружные стены были сделаны  из  древесностружечных
панелей.  Затем из покрыли пластиком,  потом ремонтировали, но
нерегулярно.  Теперь пластик отвалилися, и по всей поверхности
курчавились коричневые стружки.
   - Я вовсе не насмехаюсь над вашим  домом,  -  сказал  Брон,
выбираясь  из  машины.  -  На других планетах я видел куда как
хуже - кривые,  косые,  тронуть боишься, чтобы не развалились,
такие  вот  дела.  А ваши парни построили хороший крепкие дом.
Простоял много лет,  и еще несколько протянет. - Он дружелюбно
похлопал по стене,  затем взглянул на ладонь. - Хотя, конечно,
не мешало бы его побрить или постричь.
   Губернатор пинком открыл дверь и вошел, бормоча что-то себе
под  нос,  и  Брон  зашел  следом,  улыбаясь  с   простодушным
удовлетворением.  Через  все  здание проходил коридор - он мог
видеть выход на его противоположном  конце  -  а  по  обе  его
стороны  располагались  двери.  Губернатор  вошел  в  дверь  с
табличкой "Не входить", и Брон последовал за ним по пятам.
   - Да не сюда,  болван,  - громко возмутился Хейдин. - Здесь
мой личный оффис. Тебе нужна дверь рядом.
   - Ой,  очень  извиняюсь,  -  пробормотал  Брон,  пятясь под
твердым  нажимом  упертой  в  его  грудь  руки.  Через   плечо
губернатора   он   разглядел  скудно  обставленное  конторское
помещение,  а сквозь приоткрытую дверь в  дальней  стене  была
видна    жилая   комната.   Единственное,   что   представляло
действительный интерес,  была съежившаяся в кресле девушка.  У

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 : 179 : 180 : 181 : 182 : 183 : 184 : 185 : 186 : 187 : 188 : 189 : 190 : 191 : 192 : 193 : 194 : 195 : 196 : 197 : 198 : 199 : 200 : 201 : 202 : 203 : 204 : 205 : 206 : 207 : 208 : 209 : 210 : 211 : 212 : 213 : 214 : 215 : 216 : 217 : 218 : 219 : 220 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.