Случайный афоризм
Односторонность в писателе доказывает односторонность ума, хотя, может быть, и глубокомысленного. Александр Сергеевич Пушкин
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

вреда.  В силу случайности они достигли своего тепе-
решнего  развития на бесплодной планете,  так что им
ни разу не представилась возможность подняться  выше
материальной культуры каменного века.  Но в умствен-
ном отношении они не уступают нам...  возможно, даже
превосходят.  Они выучили наш язык,  так что я легко
могу объяснить им все, что они хотят знать. Знание и
приобретение  знаний доставляют им полное удовлетво-
рение. Иногда они могут вас раздражать, так как име-
ют  обыкновение связывать каждый новый факт со всем,
что им уже известно,  но чем больше они узнают,  тем
быстрей происходит этот процесс. Когда-нибудь они во
всем сравняются с человеком,  может быть, превзойдут
нас. Если только... Вы согласны оказать мне услугу?
     - Все, что в моих силах.
     - Оставьте их в покое.  Или же, если это так уж
необходимо,  учите их истории и естественным наукам,
философии,  юриспруденции, всему, что поможет им при
столкновении с действительностью более широкого  ми-
ра, о существовании которого они раньше даже не зна-
ли. Но не сбивайте их с толку ненавистью и страдани-
ями, виной, грехом и карой. Кто знает, какой вред...
     - Ваши слова оскорбительны,  сэр!  - воскликнул
священник,  вскочив  с места.  Его седая голова едва
доходила астронавту до подбородка,  но он бесстрашно
защищал то, во что верил.
     Гарт, который тоже встал,  уже не казался  каю-
щимся грешником. Они гневно смотрели друг на друга в
упор, как всегда смотрят люди, непоколебимо защищаю-
щие то, что считают правильным.
     - Это вы оскорбляете,  - крикнул Гарт.  - Какое
невероятное самомнение думать, что ваши неоригиналь-
ные жалкие мифы,  лишь слегка отличающиеся от тысячи
других,  которые все еще тяготеют над людьми,  могут
внести что-то иное,  кроме сумятицы, в их неискушен-
ные  умы!  Неужели вы не понимаете,  что они верят в
правду и никогда не слышали  о  таком  явлении,  как
ложь?  Им  никто  еще не пытался внушить,  что можно
мыслить иначе. И вы хотите изменить...
     - Я  исполняю  свой  долг,  то  есть  Его волю,
мистер Гарт.  Здесь тоже живут божьи создания,  и  у
них есть души. Я не могу уклоняться от своего долга,
который состоит в том, чтобы донести до них Его сло-
во и тем спасти их, введя в Царствие небесное.
     Когда священник открыл дверь, ветер рванул ее и
распахнул настежь. Отец Марк исчез в кромешной тьме,
а дверь то открывалась,  то захлопывалась,  и брызги
дождя залетали в комнату. Гарт медленно пошел к две-
ри,  затворил ее и так и не увидел Итина, терпеливо,
безропотно сидевшего под ливнем в надежде на то, что
Гарт,  быть может, на секунду задержится и поделится
с ним одной частицей своих замечательных знаний.
     С молчаливого обоюдного согласия об этом первом
вечере больше никогда не упоминали. После нескольких
дней, проведенных в одиночестве, еще более тягостным
от того, что каждый знал о близости другого, они во-
зобновили беседы,  но на  строго  нейтральные  темы.
Гарт  постепенно упаковывал и прятал свои приобрете-
ния, не допуская, однако, и мысли о том, что его ра-
бота  закончена  и он может в любое время уехать.  У

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 : 179 : 180 : 181 : 182 : 183 : 184 : 185 : 186 : 187 : 188 : 189 : 190 : 191 : 192 : 193 : 194 : 195 : 196 : 197 : 198 : 199 : 200 : 201 : 202 : 203 : 204 : 205 : 206 : 207 : 208 : 209 : 210 : 211 : 212 : 213 : 214 : 215 : 216 : 217 : 218 : 219 : 220 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.