Случайный афоризм
Пишущему лучше недоговорить, чем сказать лишнее. Во всяком случае никакой болтовни. Альбер Камю
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

балансирование, как у старого моряка на судне в сильнейшую качку.
     Когда Джон-II окончательно обосновался в теле, Джон-I сделал для себя
несколько неприятных открытий. Однажды,  придя  в  себя  после  очередного
занятия Джона-II, он обнаружил, что  лежит  в  госпитале.  На  ладони  был
страшный разрез и два пальца оказались сломаны.
     - Ничего, обычный полетный случай, -  сказал  доктор.  -  Что-то  там
сломалось в вашей камере, и ты остался жив за счет этой раны. Схватился  и
разжал скрепляющие прутья. Конечно, повредил руку. Но бывает  и  хуже,  ты
еще хорошо отделался.
     Доктор улыбался, протягивая Джонатану кусок  металла,  и  Джон  понял
почему.  Это  был  полудюймовый  стальной  кусок  крепления,  согнутый   и
оторванный силой пальцев Джона. Джон-I сделал бы это в лучшем  случае  при
помощи кувалды.
     Тренировочное время длилось для  Джонатана  пятьдесят  на  пятьдесят.
Джон-I выучил то, что должен знать космолетчик - кроме контрольной  рубки.
Он умел  выполнять  все  предполетные  и  послеполетные  работы:  проверка
состояния корабля, текущее обслуживание приборов, удобства пассажиров.
     Джонатан Борк стал пилотом и каждый пассажир вверял ему  свою  жизнь.
Они не знали, что капитан просто выключается, когда входит  в  контрольную
рубку.
     Он неоднократно пытался увидеть ее, но безуспешно. Контрольная  рубка
была оснащена приборами, которые приводили в действие механизм  раздвоения
личности. Стоило Джону-I сделать шаг за дверь, хотя бы и просто для уборки
рубки, он тут же терял память. Джон-II брал верх в его сознании  и  всегда
доминировал в этот момент.
     День выпуска  стал  самым  счастливым  в  его  жизни  и  одновременно
разрушил все его мечты. Выпускного  класса,  как  такового  не  было.  Как
только  кто-либо  из  курсантов   заканчивал   изучение   программы,   его
поздравляли с присвоением квалификации на публичной церемонии. Большинство
персонала всей базы, около тридцати  тысяч  человек,  построились  и  Джон
промаршировал перед ними в свой  красивой  черной  форме  космонавта.  Сам
Адмирал достал из коробочки платиновые крылья - древнейший символ полета -
и прикрепил их к форме Джонатана. Это был самый запоминающийся момент.
     Потом наступило время попрощаться с семьей, так  как  корабль  -  его
корабль - был уже готов к полету. Это была вторая часть праздника -  новый
пилот  делал  свой  первый  полет.  Короткий  прыжок  на  Луну  с   грузом
продовольствия и домой - но все-таки полет!
     Джонатан  набрал  высоту   в   реактивной   пусковой   установке   и,
обернувшись, помахал рукой  провожающим  -  крошечным  точкам  на  далекой
взлетной полосе. И шагнул в контрольную рубку. Следующий шаг он сделал  из
контрольной рубки уже на другой  стороне  Луны.  Это  не  было  парадоксом
времени. Он моргнул - закрыл глаза на Земле, а открыл на  Луне.  А  фактом
оставалось то, что он был одет в скафандр, а мускулы его сильно болели - и
боль убедила его. Этот полет был самым безопасным в его жизни.
     В садах Луны, глядя на переделанный ландшафт,  Джонатан  задумался  о
своем прошлом, о мечтах, чувствовал, как они сгорают, оседая сухим  пеплом
у него на сердце.


     Недалеко в  доме  кто-то  рассмеялся,  он  услышал  звяканье  посуды,
нелепый разговор - и осознал, где сейчас находится.
     Его родной дом, вечеринка в его честь. Он вынужден был устраивать  их
время от времени и примирился с этим. Но  одно  дело  -  обманывать  себя,
другое - быть фальшивым героем в своем родном доме.
     Расправив плечи и сдунув несуществующую пылинку с пиджака, Борк пошел
назад, в дом.
     На  следующее   утро   капитан   доложил   о   прибытии,   и   прошел
сорокавосьмичасовой экзамен - тяжелый, потогонный  период  перед  полетом.
Когда его инструктировали и подготавливали  к  полету,  врачи  постарались
максимально  задействовать  его  скрытые  физические  потенциальные  силы.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 : 179 : 180 : 181 : 182 : 183 : 184 : 185 : 186 : 187 : 188 : 189 : 190 : 191 : 192 : 193 : 194 : 195 : 196 : 197 : 198 : 199 : 200 : 201 : 202 : 203 : 204 : 205 : 206 : 207 : 208 : 209 : 210 : 211 : 212 : 213 : 214 : 215 : 216 : 217 : 218 : 219 : 220 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.