Случайный афоризм
Уважающий свое призвание литератор должен писать так, чтобы он мог уважать каждую строчку, выходящую из-под его пера, подпишет ли он ее или нет, получит ли он за нее большой гонорар или маленький. Леонид Николаевич Андреев
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

                               Рэй БРЭДБЕРИ

                                 ПОДМЕНА




     К восьми часам она уже разложила длинные тонкие сигареты,  расставила
хрустальные бокалы для  вина  и  изящное  серебряное  ведерко  с  кубиками
колотого льда, среди которых, покрываясь  бисеринками  изморози,  медленно
охлаждалась зеленая бутылка. Она  встала,  окидывая  взглядом  комнату,  в
которой все  было  олицетворением  опрятности  и  аккуратности,  с  удобно
расставленными  чистыми  пепельницами.  Она  взбила  подушку  на  тахте  и
отступила  назад,  еще  раз  окидывая  все  оценивающим  взглядом.   Потом
заторопилась в ванную комнату и вернулась оттуда с  бутылочкой  стрихнина,
которую положила  под  журнал  на  краю  стола.  Молоток  и  ледоруб  были
припрятаны еще раньше.
     Она была готова.
     Будто ожидая этого, зазвонил телефон. Когда она ответила,  с  другого
конца провода донесся голос:
     Я Иду.
     Он стоял сейчас на безучастно проплывающем по железной глотке  здания
эскалаторе,  теребя  пальцами  аккуратно  подстриженные  усы,   в   хорошо
подогнанном белом летнем костюме с черным галстуком.  Его  можно  было  бы
назвать  приятным  блондином  с  немного  поседевшими   волосами.   Этакий
привлекательный мужчина пятидесяти лет, делающий визит даме тридцати  лет,
еще не потерявший свежесть, компанейский, не прочь  пригубить  вина  и  не
чуждый всего остального.
     - Лгунишка, - прошептала она почти одновременно с его стуком в дверь.
     - Добрый вечер, Марта, - поприветствовал он.
     - Так и будешь стоять на пороге? - она мягко поцеловала его.
     - Разве так целуются? - Его глаза потемнели. - Вот как надо. -  И  он
надолго припал своими губами и ее.
     Закрыв глаза, она подумала: неужели все изменилось с прошлой  недели,
прошлого месяца, прошлого года? Но что ее заставляет подозревать? Какая-то
мелочь. Это  даже  невозможно  было  выразить,  настолько  все  тонко.  Он
изменился неуловимо и окончательно. Настолько заметным  сейчас  стало  его
превращение, что уже в течение  двух  месяцев  по  ночам  невеселые  мысли
напрочь  отгоняли  сон.  Ночным  бдениям  в  четырех  стенах   она   стала
предпочитать полеты на геликоптере к океану  и  обратно,  чтобы  забыться,
развлекаясь проецируемыми прямо на облака  фильмами,  которые  уносили  ее
назад, в 1975 год, воскрешая в ней  воспоминания,  плавно  сменяющие  друг
друга в морском тумане, с голосами, похожими на голоса  богов  при  звуках
прибоя.
     - Неважный ответ, - произнес он после поцелуя, чуть отошел  и  окинул
ее критическим взглядом. - Что-нибудь не так, Марта?
     - Нет, ничего, - ответила она и подумала про себя, что все не так.  -
Ты не такой. Где ты был сегодня вечером, Леонард? С кем ты танцевал  вдали
отсюда или пил в комнате на другом конце города? С кем  ты  был  изысканно
обходителен? Раз большую часть времени ты провел не в этой комнате,  то  я
собираюсь бросить  тебе  в  лицо  доказательства  всех  твоих  посторонних
связей.
     - Что это? - спросил он,  оглядываясь  вокруг.  -  Молоток?  Ты  что,
собиралась повесить картину, Марта?
     - Нет, я собиралась ударить тебя им, - сказала она со смехом.
     - Да, конечно, - подхватил он, улыбаясь.  -  Тогда,  может,  вот  это
изменит твое намерение?
     Он открыл обитый бархатом футляр, в  котором  переливалось  жемчужное
ожерелье.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.