Случайный афоризм
Падение чересчур превознесенных писателей всегда совершается с необыкновенной быстротой. Уильям Мейкпис Теккерей
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

                               Рэй БРЭДБЕРИ

                                 ПОДМЕНА




     К восьми часам она уже разложила длинные тонкие сигареты,  расставила
хрустальные бокалы для  вина  и  изящное  серебряное  ведерко  с  кубиками
колотого льда, среди которых, покрываясь  бисеринками  изморози,  медленно
охлаждалась зеленая бутылка. Она  встала,  окидывая  взглядом  комнату,  в
которой все  было  олицетворением  опрятности  и  аккуратности,  с  удобно
расставленными  чистыми  пепельницами.  Она  взбила  подушку  на  тахте  и
отступила  назад,  еще  раз  окидывая  все  оценивающим  взглядом.   Потом
заторопилась в ванную комнату и вернулась оттуда с  бутылочкой  стрихнина,
которую положила  под  журнал  на  краю  стола.  Молоток  и  ледоруб  были
припрятаны еще раньше.
     Она была готова.
     Будто ожидая этого, зазвонил телефон. Когда она ответила,  с  другого
конца провода донесся голос:
     Я Иду.
     Он стоял сейчас на безучастно проплывающем по железной глотке  здания
эскалаторе,  теребя  пальцами  аккуратно  подстриженные  усы,   в   хорошо
подогнанном белом летнем костюме с черным галстуком.  Его  можно  было  бы
назвать  приятным  блондином  с  немного  поседевшими   волосами.   Этакий
привлекательный мужчина пятидесяти лет, делающий визит даме тридцати  лет,
еще не потерявший свежесть, компанейский, не прочь  пригубить  вина  и  не
чуждый всего остального.
     - Лгунишка, - прошептала она почти одновременно с его стуком в дверь.
     - Добрый вечер, Марта, - поприветствовал он.
     - Так и будешь стоять на пороге? - она мягко поцеловала его.
     - Разве так целуются? - Его глаза потемнели. - Вот как надо. -  И  он
надолго припал своими губами и ее.
     Закрыв глаза, она подумала: неужели все изменилось с прошлой  недели,
прошлого месяца, прошлого года? Но что ее заставляет подозревать? Какая-то
мелочь. Это  даже  невозможно  было  выразить,  настолько  все  тонко.  Он
изменился неуловимо и окончательно. Настолько заметным  сейчас  стало  его
превращение, что уже в течение  двух  месяцев  по  ночам  невеселые  мысли
напрочь  отгоняли  сон.  Ночным  бдениям  в  четырех  стенах   она   стала
предпочитать полеты на геликоптере к океану  и  обратно,  чтобы  забыться,
развлекаясь проецируемыми прямо на облака  фильмами,  которые  уносили  ее
назад, в 1975 год, воскрешая в ней  воспоминания,  плавно  сменяющие  друг
друга в морском тумане, с голосами, похожими на голоса  богов  при  звуках
прибоя.
     - Неважный ответ, - произнес он после поцелуя, чуть отошел  и  окинул
ее критическим взглядом. - Что-нибудь не так, Марта?
     - Нет, ничего, - ответила она и подумала про себя, что все не так.  -
Ты не такой. Где ты был сегодня вечером, Леонард? С кем ты танцевал  вдали
отсюда или пил в комнате на другом конце города? С кем  ты  был  изысканно
обходителен? Раз большую часть времени ты провел не в этой комнате,  то  я
собираюсь бросить  тебе  в  лицо  доказательства  всех  твоих  посторонних
связей.
     - Что это? - спросил он,  оглядываясь  вокруг.  -  Молоток?  Ты  что,
собиралась повесить картину, Марта?
     - Нет, я собиралась ударить тебя им, - сказала она со смехом.
     - Да, конечно, - подхватил он, улыбаясь.  -  Тогда,  может,  вот  это
изменит твое намерение?
     Он открыл обитый бархатом футляр, в  котором  переливалось  жемчужное
ожерелье.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.