Случайный афоризм
Писатель скорее призван знать, чем судить. Уильям Сомерсет Моэм
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

                               Рэй БРЭДБЕРИ

                                  МЫШАТА




     - Они очень странные, эти маленькие мексиканцы, - сказал я.
     - Что ты имеешь в виду? - спросила жена.
     - От них не доносится ни звука, - ответил я. - Прислушайся.
     Наш дом стоял в ряду таких же строений, чуть в глубине, и  часть  его
мы сдавали внаем. Покупая его, мы с женой отгородили  несколько  комнат  в
расчете на квартирантов. Теперь, стоя у стены и прислушиваясь, мы  слышали
лишь биение собственных сердец.
     - Я знаю, они дома, - прошептал я. - Все  три  года,  что  они  здесь
живут, от них не было слышно ни звона посуды, ни  разговоров,  ни  щелчков
выключателя. Великий боже, что они там делают?
     - Никогда об этом не задумывалась, - ответила жена. - В  самом  деле,
странно.
     - Они зажигают всего одну синюю лампочку  -  в  гостиной.  Маленькую,
тусклую, ватт на двадцать пять. Если, проходя мимо их двери,  заглянуть  в
нее, то виден он - сидит в кресле и не говорит ни слова.  Она  -  сидит  в
другом кресле, смотрит на него и тоже молчит. И оба не двигаются.
     - На первый взгляд даже кажется, что их нет дома, - сказала  жена,  -
так у них темно в гостиной. И только присмотревшись можно  различить,  что
они сидят там.
     - Когда-нибудь я ворвусь к ним, зажгу все лампы и заору. Боже правый,
если уж я не могу вынести эту тишину, то как они могут?  А  умеют  ли  они
вообще говорить, а?
     - Он здоровается, когда приносит месячную плату.
     - А еще?
     - Прощается.
     Я потряс головой.
     - Встречаясь со мной, он только улыбается и бежит дальше.
     Мы с женой по вечерам читаем, слушаем радио, разговариваем.
     - А радио у них есть?
     - Нет. Ни радио, ни телевизора, ни телефона. И ни книг, ни  журналов,
ни газет.
     - Поразительно.
     - Не волнуйся так.
     - Я знаю, что ты,  например,  не  сможешь  два  или  три  года  кряду
просидеть в темной комнате и не разговаривать, не слушать радио, не читать
и даже не есть, ведь правда? Из их комнат ни разу не пахнуло жареным мясом
или яичницей. Черт побери, их даже ночью не слышно.
     - Наверное, дорогой, они просто мистифицируют нас.
     - Если так, им это здорово удается!
     Я вышел прогуляться  вокруг  квартала.  Был  чудесный  летний  вечер.
Возвращаясь, я от нечего делать заглянул в их дверь. Там - тьма и  тишина,
две  отяжелевшие  фигуры  сидели  в  креслах,  и  горела  маленькая  синяя
лампочка. Я стоял у двери довольно долго - пока не докурил свою  сигарету.
И только повернувшись, чтобы уйти, я заметил, что он стоит в  прихожей  со
своим обычным приветливым выражением на лице. Он не двигался. Просто стоял
и разглядывал меня.
     - Добрый вечер, - сказал я.
     Молчание. Потом он повернулся и исчез в темной комнате.


     В семь часов утра маленький мексиканец вышел из дому  и  заспешил  по
аллее. В его квартире было все так же  тихо.  Его  жена  вышла  в  восемь,

1 : 2 : 3 : 4 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.