Случайный афоризм
В литературе всякий ценен не сам по себе, а лишь в своем взаимоотношении с целым. Фридрих Энгельс
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

                               Рэй БРЭДБЕРИ

                      КАК МОРЯК ВОЗВРАЩАЕТСЯ С МОРЯ




     - Доброе утро, капитан.
     - Доброе утро, Хэнкс.
     - Кофе готов, сэр, садитесь.
     - Благодарю, Хэнкс.
     Старый человек сел к кухонному столу.
     Он  посмотрел  на  свои  сложенные  руки:  они  были  напряжены,  как
трепещущая в ледяной воде форель, и даже воздух вокруг них  дрожал.  Когда
ему было десять  лет,  он  видел  таких  форелей  в  горных  потоках.  Его
восхищало тогда это трепетание - потому что, пока он смотрел, они  как  бы
выцветали.
     - Капитан, - встревоженно спросил Хэнкс, - вы здоровы?
     Капитан резко поднял голову, и в глазах его блеснуло прежнее пламя.
     - Я думаю! И что значит "вы здоровы"?
     Повар поставил на стол кофе, от  которого  разносился  теплый  аромат
женщины, настолько отдаленный в минувшее, что капитан почувствовал  только
смутный залпах мускуса и толченых благовоний. Внезапно он чихнул, и  Хэнкс
подошел к нему, с носовым платком.
     - Спасибо, Хэнкс. - Он высморкался, а потом осторожно отпил ароматную
жидкость.
     - Хэнкс?
     - Да, сэр, да, капитан?
     - Барометр падает.
     Хэнкс обернулся и посмотрел на стену.
     - Нет, сэр, он показывает хорошую и тихую погоду; это и показывает  -
хорошую и тихую!
     - Буря надвигается.  Нас  ждет  трудное  плавание,  и  пройдет  много
времени, прежде чем снова наступит затишье.
     - Не говорите так! - сказал Хэнкс, повернувшись к нему.
     - Надо говорить, как чувствуешь.  Затишье  когда-нибудь  кончится.  И
начнется буря. Я давно готов к ней.
     Давно, да. Сколько лет? Песок вытек из песочных часов и больше ничего
не измерит. И снег засыпал его, как бы наслоившись  белым  поверх  белого,
погребя все под глубокими холодными пластами воспоминаний.
     Он встал, покачнувшись, подошел к дверям корабельной кухни, распахнул
их и вылез наружу...
     ...на открытую галерею верхнего  этажа  дома,  построенную,  как  нос
корабля; на галерею, сделанную  из  просмоленных  досок  старых  кораблей.
Посмотрел вниз, не на воду, а на выгоревшую летом землю на переднем дворе.
Подошел к перилам и вгляделся в слабо закругленную линию холмов, тянущихся
везде, куда бы не повернулся человек, куда бы не бросил взгляд.
     "Что мне здесь делать, - подумал он в сильном возбуждении, -  в  этом
странном доме-корабле, стоящем без паруса посреди  пустынных  прерий,  где
единственный звук - это свист крыльев птицы, летящей в  одном  направлении
осенью и в противоположном - весной!"
     Успокоившись, он взял бинокль,  что  висел  на  перилах  -  осмотреть
пустынную местность.
     Кэт, Катрин, Кати, где ты сейчас?
     Ночью,  забравшись  глубоко  в  постель,  уже  засыпая,  он  вспомнил
прошедший день и свои блуждания по закоулкам  памяти.  Он  был  один,  уже
двадцать лет один, если не считать Хэнкса - первого,  кого  он  видел  при
восходе солнца, и последнего - при закате.
     А Кэт?

1 : 2 : 3 : 4 : 5 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.