Случайный афоризм
Желание быть писателем - это не претензия на определенный статус в обществе, а бытийная устремленность. Ролан Барт
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

                               Рэй БРЭДБЕРИ

                             МАЛЕНЬКИЙ УБИЙЦА




     Она не могла бы сказать, когда к ней  пришла  мысль  о  том,  что  ее
убивают. В последний месяц были  какие-то  странные  признаки,  неуловимые
подозрения, ощущения, глубокие, как океанское дно, где водятся скрытые  от
людских глаз монстры, разбухшие, многорукие, злобные и неотразимые.
     Комната  плавала  вокруг  нее,  источая  бациллы  истерии.  Порой  ей
попались на глаза какие-то  блестящие  инструменты.  Она  слышала  голоса,
видела людей в белых стерильных масках.
     - "Мое имя? - подумала она. -  Как  же  меня  зовут?  Ах,  да!  Алиса
Лейбер. Жена Дэвида Лейбера."
     Но от этого ей не стало легче.  Она  была  одинока  с  этими  белыми,
невнятно бормочущими людьми. И в ней была жуткая  боль,  и  отвращение,  и
смертельный ужас.
     - "Меня убивают на  их  глазах.  Эти  доктора,  эти  сестры,  они  не
понимают, что со мной происходит. И Дэвид не знает. И никто не знает кроме
меня и него - убийцы, этого маленького убийцы. Я умираю, и ничего не  могу
им сказать. Они посмеются надо мной, скажут,  что  это  бред.  Они  увидят
убийцу, будут держать его на руках, и никогда не подумают, что он  виноват
в моей смерти. И вот я, перед богом и людьми чиста в помыслах, но никто не
поверит мне,  меня  успокоят  ложью,  похоронят  в  незнании,  меня  будут
оплакивать, а моего убийцу - ласкать."
     - "Где же Дэвид?  -  подумала  она.  -  Наверное  в  приемной,  курит
сигарету за сигаретой и прислушивается к тиканью часов".
     Пот брызнул из всего ее тела и с ним предсмертный крик:
     - Ну же! Ну! Убей меня! Но я не хочу умирать! Не хочу-у!
     И пустота. Вакуум. Внезапно боль схлынула. Изнеможение  и  мрак.  Все
кончилось. О,  господи!  Она  погружалась  в  черное  ничто,  все  дальше,
дальше...
     Шаги. Мягкие приближающиеся шаги. Где-то далеко глухой голос сказал:
     - Она спит. Не беспокойте ее.
     Запах твида, табака, одеколона "Лютеция". Над ней склонился Дэвид.  А
позади него специфический запах доктора Джефферса. Она не стала  открывать
глаза.
     - Я еще не сплю, - спокойно сказала она. Это  было  удивительно:  она
была жива, могла говорить и почти не ощущала боли.
     "Ты хотел посмотреть на убийцу, Дэвид? - подумала она. -  Я  слышала,
ты хотел взглянуть на него. Ну, что  ж,  кроме  меня  тебе  его  никто  не
покажет."
     Она открыла глаза. Очертания комнаты стали резче. Она сделала  слабый
жест рукой и откинула покрывало.
     Убийца со своим красным маленьким личиком спокойно смотрел на  Дэвида
Лейбера. Его голубые глазки были безмятежны.
     - Эй! - воскликнул Дэвид, улыбаясь. - Да он же чудесный малыш!
     Доктор Джефферс ждал Дэвида Лейбера в день, когда он приехал  забрать
жену и новорожденного домой. Он усадил Лейбера в кресло в своем  кабинете,
угостил  сигарой,   закурил   сам,   пристроившись   на   краешке   стола.
Откашлявшись, он пристально посмотрел на Дэвида и сказал:
     - Твоя жена не любит ребенка, Дэвид.
     - Что?!
     - Он ей тяжело дался. И ей самой потребуется много любви и  заботы  в
ближайшее время. Я не говорил тебе тогда, но в  операционной  у  нее  была
истерика. Она говорила странные  вещи,  я  не  хочу  их  повторять.  Можно
сказать только, что она чувствует себя чужой ребенку. Возможно, все  можно

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.