Случайный афоризм
Мораль должна быть не целью, но следствием художественного произведения. Бенжамен Констан
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

                               Рэй БРЭДБЕРИ

                          КАК УМЕРЛА РЯБУШИНСКАЯ




     В холодном цементном подвале лежал мертвец -  тоже  холодный  камень,
воздух напитывал капли невидимого дождя.  И  люди  собрались  возле  тела,
словно вокруг утопленника, найденного поутру на пустынном морском  берегу.
Здесь, в подвале,  было  средоточие  земного  тяготения:  чудовищная  сила
заставила лица поникнуть, губы -  изломиться,  оттянула  вниз  щеки.  Руки
безвольно висели, подошвы налились свинцом.
     Раздался голос, но никто к нему не прислушался.
     Голос позвал снова, прошло время, и лишь  тогда  люди  повернулись  и
глянули вверх, словно в самом деле стояли на пустом ноябрьском берегу, а в
сером рассвете высоко над их головами кричали чайки. Унылый  крик;  с  ним
птицы, почуяв неумолимую зиму, отлетают на  юг.  И  слышался  шум  океана,
далекий, словно шепот песка и ветра в морской раковине.
     Люди  посмотрели  на  стол;  там  лежал  золоченый  ящик  двадцати  с
небольшим  дюймов  длины,  и  на  нем  было  написано  "РЯБУШИНСКАЯ".  Они
уставились на маленький гробик, поняв,  наконец,  что  голос  идет  из-под
крышки; лишь мертвый лежал на полу и не слышал приглушенных криков.
     - Выпустите, выпустите же меня, ну, пожалуйста, ради бога,  выпустите
меня отсюда.
     Наконец мистер Фабиан, чревовещатель, наклонился к ящику и шепнул:
     - Нет, Риа, здесь серьезное дело. Потом. А пока - успокойся, ты же  у
меня умница.
     Он закрыл глаза и попытался улыбнуться.
     Пожалуйста, не смейся, - донесся из-под  блестящей  крышки  спокойный
голос. - После того, что случилось, ты мог бы быть и полюбезнее.
     Детектив, лейтенант Кроувич, тронул Фабиана за локоть.
     -  Если  не  возражаете,  оставим  фокусы  на  потом.  Сначала  нужно
закончить с _э_т_и_м_.
     Он посмотрел на женщину, что сидела на раскладном стуле.
     - Вы - миссис Фабиан.
     Потом взглянул на молодого человека, сидевшего рядом с женщиной.
     - А он - мистер Дуглас, импресарио и пресс-агент мистера Фабиана?
     Тот подтвердил. Кроувич поглядел покойнику в лицо.
     - Итак,  мистер  Фабиан,  миссис  Фабиан,  мистер  Дуглас  -  вы  все
утверждаете, что не знаете этого человека, убитого здесь прошлой ночью,  и
что никогда прежде не слыхали фамилию Окхэм. Однако, Окхэм в  разговоре  с
начальником станции заявил, что хорошо знает Фабиана и намерен обсудить  с
ним какой-то жизненно важный вопрос.
     Из ящичка снова донесся голос.
     - Черт побери, Фабиан! - взорвался Кроувич.
     Под крышкой засмеялись, словно зазвенел вдали колокольчик.
     - Не обращайте на нее внимания, лейтенант, - сказал Фабиан.
     - На нее? Или на вас, черт возьми? Что там такое? Отвечайте вместе.
     - Мы больше никогда не будем вместе, - донесся тихий голос.  -  После
этой ночи - никогда.
     Кроувич протянул руку.
     - Дайте-ка мне ключ, Фабиан.
     И вот в тишине скрипнул  ключ,  взвизгнули  маленькие  петли,  крышка
откинулась и легла на стол.
     - Благодарю вас, - сказала Рябушинская.
     Кроувич взглянул на нее и застыл, не в силах поверить своим глазам.
     Лицо ее было белым, - оно было  вырезано  из  мрамора  или  какого-то
небывалого белого дерева. А может - из снега. И  шея  -  словно  карамель,

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.