Случайный афоризм
Признак строгого и сжатого стиля состоит в том, чтовы не можете выбросить ничего из произведения без вреда для него. Бенджамин Джонсон
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

перехватить ТБ-7,  но  в  этих  случаях  даже  не  смогли  обнаружить  его
присутствие в своем воздушном пространстве.
     Полковник (в те времена - капитан) Э. Пусссп, много раз водивший ТБ-7
над Германией (не только с  драгоценным  телом  Молотова,  ной  с  другими
грузами),  рассказывал:  "Зенитка  достает  такую   высоту   не   очень-то
прицельно, можно сказать, почти на  излете.  Истребитель  там  тоже  вроде
сонной мухи. Кто мне  чего  сделает?".  (М.Галлай.  Третье  измерение.  М.
Советский писатель, 1973, с. 330)
     Итак,  задолго  до  войны  в  Советском   Союзе   создан   НЕУЯЗВИМЫЙ
бомбардировщик и подготовлен приказ о выпуске тысячи ТБ-7  к  ноябрю  1940
года Что оставалось сделать?
     Оставалось под приказом написать семь букв: И. СТАЛИН
     Когда первые ТБ-7 летали на недосягаемых высотах, конструкторы других
авиационных держав мира уперлись в невидимый барьер высоты: в  разреженном
воздухе от нехватки кислорода двигатели  теряли  мощность.  Они  буквально
задыхались -  как  альпинисты  на  вершине  Эвереста.  Существовал  вполне
перспективный путь повышения мощности двигателей:  использовать  выхлопные
газы  для  вращения   турбокомпрессора,   который   подает   в   двигатель
дополнительный  воздух.  Просто  в  теории  -  сложно  на   практике.   На
экспериментальных, на рекордных самолетах получалось. На серийных - нет.
     Детали турбокомпрессора работают в раскаленной струе  ядовитого  газа
при температуре свыше 1000 градусов, окружающий воздух - это минус  60,  а
потом - возвращение на теплую землю. Неравномерный нагрев, резкий  перепад
давления  и  температуры  корежили  детали,  и  скрежет   турбокомпрессора
заглушал рев двигателя; защитные  лаки  и  краски  выгорали  в  первом  же
полете, на земле влага оседала на остывающие детали, и коррозия  разъедала
механизмы насквозь. Особо  доставалось  подшипникам:  они  плавились,  как
восковые свечи. Хорошо на рекордном самолете: из десяти попыток  один  раз
не поломается турбокомпрессор - вот тебе и рекорд. А как быть с  серийными
самолетами?
     Искали все, а  нашел  Владимир  Петляков  -  создатель  ТБ-7.  Секрет
Петлякова хранился как чрезвычайна государственная тайна. А  решение  было
гениально простым. ТБ-7 имел четыре винта и внешне казался четырехмоторным
самолетом. Но внутри корпуса, позади кабины  экипажа,  Петляков  установил
дополнительный пятый двигатель, который  винтов  не  вращал.  На  малых  и
средних  высотах  работают  четыре  основных  двигателя,  на   больших   -
включается пятый, он приводит в действие систему  централизованной  подачи
дополнительного воздуха. Этим воздухом пятый двигатель питал себя самого и
четыре основных двигателя. Вот почему ТБ-7 мог забираться туда, где  никто
его не мог достать: летай над Европой,  бомби,  кого  хочешь,  и  за  свою
безопасность не беспокойся.
     Имея тысячу неуязвимых ТБ-7, любое вторжение можно предотвратить. Для
этого надо просто пригласить военные делегации определенных государств и в
их присутствии где-то в заволжской степи высыпать со звенящих  высот  ПЯТЬ
ТЫСЯЧ ТОНН БОМБ. И объяснить: к вам это отношения не имеет, это мы готовим
сюрприз для столицы того государства,  которое  решится  на  нас  напасть.
Точность?  Никакой  точности.  Откуда  ей  взяться?   Высыпаем   бомбы   с
головокружительных высот.  Но  отсутствие  точности  восполним  повторными
налетами. Каждый день по  пять  тысяч  тонн  на  столицу  агрессора,  пока
желаемого результата не достигнем, а потом и  другим  городам  достанется.
Пока противник до Москвы дойдет, знаете,  что  с  его  городами  будет?  В
воздухе ТБ-7 почти неуязвимы, на земле противник их не достанет: наши базы
далеко от границ и прикрыты, а стратегической авиации  у  наших  вероятных
противников нет... А теперь, господа, выпьем за вечный мир...
     Так могли бы говорить сталинские дипломаты, если  бы  Советский  Союз
имел тысячу ТБ-7. Но Сталин от тысячи ТБ-7 отказался...  Можно  ли  понять
мотивы Сталина? Можно,
     Если перевести тысячу ТБ-7 на язык шахмат,  то  это  ситуация,  когда
можно объявить шах неприятельскому королю  еще  до  начала  игры,  а  если
партнер решится начать игру, - ему можно объявить мат после первого хода.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.