Случайный афоризм
Настоящие писатели - совесть человечества. Людвиг Андреас Фейербах
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

     - У-уффф! - он поднял бокал.  -  Перестань  уж.  Пора  и  выпить  как
следует. Скооль! <твое здоровье! (датск.)>
     Я замолчал. Хольгер тоже не возвращался больше к этому разговору.  Но
он не мог его не запомнить. Быть может, это ему чуточку помогло -  гораздо
позже. По крайней мере, я на это надеюсь.
     За океаном вспыхнула война, и Хольгер потерял покой. Месяц тянулся за
месяцем, и он становился все мрачнее. Стойких политических взглядов у него
не было, но он с яростью, удивлявшей нас  обоих,  твердил,  что  ненавидит
фашистов. Когда немцы  вторглись  на  его  родину,  он  три  дня  пил  без
перерыва.
     Однако оккупация Дании проходила довольно спокойно. Проглотив горькую
пилюлю, правительство -  единственное  правительство,  поступившее  так  -
осталось в стране, которой был придан статус нейтрального государства  под
немецким протекторатом. Не думайте, будто это был акт трусости. Он означал
еще, что король смог несколько лет  препятствовать  насилию,  особенно  по
отношению к евреям - а ведь такое насилие было уделом всех других попавших
в немецкую неволю народов.
     Хольгер себя не помнил от радости, когда датский посол в США выступил
на стороне союзников и  предложил  американцам  высадиться  в  Гренландии.
Большинство из нас уже понимали, что рано или поздно Америка будет втянута
в эту войну. И наилучшим выходом для Хольгера было бы дождаться этого  дня
и вступить в армию. Впрочем, он мог уже сейчас встать  в  ряды  британских
войск или частей "Свободной  Норвегии".  Часто,  сам  себе  удивляясь,  он
говорил мне:
     - В толк не возьму, но что-то меня от этого удерживает...
     В 1941 году стали приходить известия, что Дания  сыта  по  горло.  До
взрыва еще не дошло (он случился в  конце  концов  в  виде  забастовки,  и
немцы, свергнув королевское правительство, стали править страной, как  еще
одной  завоеванной  провинцией),  но  слышались  уже  выстрелы  и  разрывы
динамитных бомб. Потратив много времени и пива, Хольгер  наконец  решился.
Его вдруг охватило неизвестно откуда взявшееся яростное желание  вернуться
на родину.
     Мне его решение казалось бессмысленным,  но  отговорить  его  мне  не
удалось. И я отступился. "В-седьмых и последних", как говорят его земляки,
он был не американцем, а датчанином. И вот он уволился с  работы,  устроил
нам прощальную вечеринку и отплыл на шведском пароходе. Из шведского порта
Хельсинборг он на пароме перебрался в Данию.
     Наверняка немцы первое время не спускали с него глаз. Но он  был  вне
подозрений, работал на заводах "Бурмистер и Вайн",  производивших  судовые
двигатели. В середине 1942 года, узнав, что немцы потеряли к нему интерес,
он вступил в сопротивление... и обнаружил, что его рабочее место  обладает
исключительными возможностями для саботажа.
     Не буду рассказывать подробно историю его  деяний.  Он  неплохо  себя
показал.  Вся  организация  неплохо  себя  показала,   действовала   столь
изощренно, в постоянном контакте с англичанами, что за всю войну  провалов
почти не было. Во второй половине 1943 года Хольгер и его друзья  свершили
самое славное свое дело.
     Был человек, которого  потребовалось  тайно  вывезти  из  Дании.  Его
знания  и  способности  оказались  крайне  необходимы   союзникам.   Немцы
прекрасно знали, кто он, и  не  спускали  с  него  глаз.  Но  подпольщикам
удалось незаметно вывезти его из дома и доставить к проливу Зунд, где  уже
ждала лодка, чтобы переправить  его  в  Швецию.  Оттуда  его  должны  были
перевезти в Англию.
     Должно быть, мы уже  никогда  не  дознаемся,  пронюхало  ли  об  этом
гестапо,  или  немецкий  патруль,  обходивший  берег   после   наступления
комендантского часа, чисто  случайно  наткнулся  на  подпольщиков.  Кто-то
выстрелил. Завязалась перестрелка. Берег был  каменистый  и  гладкий,  как
доска. Звезды и огни на шведском берегу давали достаточно света.  Укрыться
негде, бежать некуда. Лодка отчалила, а партизаны решили задержать  врага,
пока она не достигнет того берега.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.