Случайный афоризм
Богатство ассоциаций говорит о богатстве внутреннего мира писателя. Константин Георгиевич Паустовский
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

     Они ехали сосновым бором. И вдруг в один миг, словно  буря  настигла,
вокруг них сомкнулся полумрак и густел с каждым их шагом. Хольгер  боялся,
что вскоре вообще ничего не сможет разглядеть. Волосы вставали  дыбом  при
одной  мысли,  что  придется  на  ощупь  пробираться  по  стране  троллей,
волколаков и бог знает кого еще.
     Чем ниже они спускались, тем теплее становилось.  Когда  лес  остался
позади, повеял крепнущим запахом незнакомых Хольгеру цветов - они пахли то
ли бальзамическими смолами, то ли ладаном.  И  вот  -  просторная  долина,
холмы мягких очертаний. Гуги громко проглотил слюну.
     - Ну, вот мы и в Фаэре, - буркнул он. - Другое дело, как  нам  отсюда
убраться...
     Хольгер пытливо осмотрелся. Солнце уже скрылось, но мрак, которого он
так опасался, не наступал. Хольгер не понимал,  откуда  исходит  свет,  но
видел почти как днем. Небо было вечерним,  густо-синим,  и  та  же  синева
разливалась вокруг в воздухе, словно они ехали под водой. Трава  тут  была
высокая и мягкая, ее бледная зелень отблескивала серебром, и  белые  цветы
блестели, как звезды. Асфодели,  подумал  Хольгер.  Откуда  он  знает  это
название?  Повсюду  -  усыпанные  белыми  розами  кусты.  Поодиночке   или
небольшими рощицами растут  деревья,  высокие,  тонкие,  с  молочно-белыми
стволами и кронами цвета травы. Ветерок лениво позванивал  их  вершины,  и
они  серебряно  позванивали.  В  этом  обманчивом,  лишенном  теней  свете
невозможно было определить расстояние. Поблизости те ручей, он не  журчал,
а пел - бесконечная мелодия, основанная на чужих, неизвестных  нотах.  Над
водой кружились вихорьки, светившиеся белым, зеленым, голубым.
     Папиллон фыркнул, заржал. Эти места ему определенно не нравились.
     Я уже видел подобное, подумал Хольгер, видел эту холодную безмятежную
голубизну над бледными деревьями и вонзавшимися в небо  скалами.  Но  где?
Где еще ветер  шумит  так  мелодично  и  речушка  позванивает  стеклянными
колокольчиками? Какое-то давнее видение - в  Дании,  в  полусне-полуправде
летней ночью? А может, еще раньше, в забытые ныне  времена?  Не  знаю,  но
очень хотел бы дознаться...
     Они ехали дальше. В этом не подверженном изменениям свечении.  Время,
наоборот, казалось текучим и неустойчивым. Быть может, они  ехали  минуты.
Быть может, столетия. Нереальные пейзажи проплывали вокруг, а  они  ехали,
ехали... Вдруг лебедица пулей ринулась  вниз,  шумя  крыльями,  встала  на
земле и обернулась Алианорой. На лице ее был написан страх.
     - Я видела рыцаря, он скачет  в  нашу  сторону,  -  сказала  девушка,
пытаясь отдышаться. - Рыцарь Фаэра. Бог знает, какие у него намерения.
     Сердце Хольгера заколотилось, как молот, но  выглядел  он  совершенно
спокойным:
     - Ну что ж, скоро узнаем.
     Чужак выехал из-за холма. Он сидел на рослом,  снежно-белом  коне,  с
гордо выгнутой шеей и развевавшейся гривой. Было в  этом  животном  что-то
неправильное - слишком длинные ноги, слишком маленькая голова.  Всадник  с
ног до головы закован в латы, лицо скрыто опущенным  забралом.  Пук  белых
перьев колыхался над его шлемом, щит был  черным,  без  герба,  а  доспехи
посверкивали вечерней голубизной.  Чужак  придержал  коня  и  ждал,  когда
Хольгер подъедет ближе.
     Когда датчанин оказался совсем близко, рыцарь наклонил копье:
     - Остановись и отвечай! - его голос как-то странно вибрировал, словно
бы металлически позвякивал и казался не вполне человеческим.
     Хольгер натянул вожжи. Папиллон вызывающе заржал.
     - Меня сюда прислала Мамаша Герда с вестями для герцога Альфрика.
     - Сначала я хочу увидеть твой  герб,  -  ответил  отливающий  бронзой
голос. - Никто сюда не въезжает неопознанным.
     Хольгер пожал плечами, чтобы скрыть беспокойство. Снял с  седла  щит,
надел его на левую руку. Гуги стянул со  щита  полотняный  чехол.  Хольгер
сказал: - Смотри.
     Рыцарь пришпорил коня и ринулся на него.
     - Защищайся! - закричал Гуги. - Он твоей смерти ищет!

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.