Случайный афоризм
Истина, образование и улучшение человечества должны быть главными целями писателя. Георг Кристоф Лихтенберг
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

     Ты могла бы побольше рассказать о том сарацине?
     - Ах, тот... - девушка  смотрела  на  отблески  заката  в  воде.  Над
озером, в тиши, носились ласточки. - Я сама его не видела, но весь  лес  о
нем только и говорит, кроты бормочут в норах, баки рассказывают зимородкам
и воронам, а  уж  те  разносят  по  всему  свету.  Рассказывают,  что  уже
несколько недель одинокий воин, судя по обличью и доспехам, сарацин, ездит
по нашим краям, расспрашивает про христианского рыцаря. А  зачем  тот  ему
нужен, не говорит. Но по описанию сарацина  рыцарь  тот  весьма  похож  на
тебя: гигант со светлыми волосами, на вороном коне, носящий знак... -  она
оглянулась на Папиллона. -  Твой  герб  закрыт.  Сарацин  говорил  о  трех
сердцах т трех львах.
     Хольгер оцепенел.
     - Не знаю я ни одного сарацина. - сказал он. - Вообще никого  тут  не
знаю. Я пришел из краев, лежащих  так  далеко,  что  ты  и  вообразить  не
можешь.
     - Может это какой враг, смерти твоей ищет? - с  любопытством  спросил
Гуги. - А может, какой друг?
     - Говорю же, никого тут не знаю! - Хольгер сообразил, что  кричит.  -
Извини. Я себя чувствую, как ребенок в тумане.
     Глаза Алианоры раскрылись.
     - Ребенок в тумане? - ее смех звучал прелестно. - Красиво сказано.
     Где-то  в  закоулках  памяти  Хольгера  отложилось  на  будущее,  что
банальные в его мире обороты могут здесь оказаться исполненными мудрости и
красноречия. Но прежде  всего  -  сарацин.  Кто  он,  дьявол  его  возьми?
Единственным  мусульманином,  какого  Хольгер  встречал   в   жизни,   был
застенчивый маленький сириец в огромных очках, учившийся с  ним  на  одном
факультете. А уж этот сарацин никогда в жизни не стал бы его  разыскивать,
да еще облачившись в здешнюю железную скорлупу!
     Видимо, из-за коня и экипировки Хольгера приняли за кого-то  другого,
весьма с ним схожего. А это означало нешуточные хлопоты. Не  стоит  самому
искать того сарацинского воина. Право же, не стоит!
     Его охватила апатия и отрешенность.
     - Поеду в Фаэр, - сказал он. - Выбора у меня нет.
     - Ох, хорошенький выбор для смертного... - сказала Алианора  гробовым
голосом. Наклонилась к Хольгеру. - А  на  чьей  ты  стороне?  Порядка  или
Хаоса? - видя, что он колебался, добавила: - Не бойся. Я  почти  со  всеми
живу в мире.
     - На стороне Порядка, похоже, - сказал он задумчиво. - Хоть и мало  я
знаю об этом мире... то есть об этой стране.
     - Так я и  думала,  -  сказала  Алианора.  -  Я  ведь  тоже  человек.
Сторонники Порядка частенько бывают пьянчугами и грубиянами,  но  их  дело
ближе мне, чем хаос. А потом я отправлюсь с тобой, рыцарь. Быть  может,  в
Серединном Мире я тебе как нибудь да пригожусь.
     Хольгер запротестовал было, но она подняла тонкую руку:
     - Нет - нет, не перечь. Я умею летать, и оттого могу избегнуть многих
опасностей.  И  потом...  -  она  засмеялась.  -  И  потом,  сдается  мне,
прекрасное будет приключение.
     Наступала ночь, неся с собой звезды и росу. Хольгер достал  из  вьюка
свою постель. Алианора сказала, что будет на дереве.
     Хольгер долго лежал, глядя на усыпанный звездами небосклон. Созвездия
были знакомые - над ним раскинулось летнее небо Северной  Европы.  Но  как
далеко отсюда его дом?  И  можно  ли  говорить  о  "расстояниях"  или  все
сложнее?
     Он вспомнил, как помимо  воли  перекрестился,  когда  Алианора  вдруг
стала человеком. В прежней жизни ему бы и в голову не пришло автоматически
творить крестное знамение. Одно лишь  окружающее  средневековье  послужило
причиной такому поступку, или неизвестно откуда  взявшееся  знание  языка,
умение ездить верхом - а может, и еще что-то  новообретенное,  неизвестное
пока? Оттого, что он не мог разобраться в себе самом, одиночество казалось
еще горшим.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.