Случайный афоризм
Тот не писатель, кто не прибавил к зрению человека хоть немного зоркости. Константин Георгиевич Паустовский
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

     Ты могла бы побольше рассказать о том сарацине?
     - Ах, тот... - девушка  смотрела  на  отблески  заката  в  воде.  Над
озером, в тиши, носились ласточки. - Я сама его не видела, но весь  лес  о
нем только и говорит, кроты бормочут в норах, баки рассказывают зимородкам
и воронам, а  уж  те  разносят  по  всему  свету.  Рассказывают,  что  уже
несколько недель одинокий воин, судя по обличью и доспехам, сарацин, ездит
по нашим краям, расспрашивает про христианского рыцаря. А  зачем  тот  ему
нужен, не говорит. Но по описанию сарацина  рыцарь  тот  весьма  похож  на
тебя: гигант со светлыми волосами, на вороном коне, носящий знак... -  она
оглянулась на Папиллона. -  Твой  герб  закрыт.  Сарацин  говорил  о  трех
сердцах т трех львах.
     Хольгер оцепенел.
     - Не знаю я ни одного сарацина. - сказал он. - Вообще никого  тут  не
знаю. Я пришел из краев, лежащих  так  далеко,  что  ты  и  вообразить  не
можешь.
     - Может это какой враг, смерти твоей ищет? - с  любопытством  спросил
Гуги. - А может, какой друг?
     - Говорю же, никого тут не знаю! - Хольгер сообразил, что  кричит.  -
Извини. Я себя чувствую, как ребенок в тумане.
     Глаза Алианоры раскрылись.
     - Ребенок в тумане? - ее смех звучал прелестно. - Красиво сказано.
     Где-то  в  закоулках  памяти  Хольгера  отложилось  на  будущее,  что
банальные в его мире обороты могут здесь оказаться исполненными мудрости и
красноречия. Но прежде  всего  -  сарацин.  Кто  он,  дьявол  его  возьми?
Единственным  мусульманином,  какого  Хольгер  встречал   в   жизни,   был
застенчивый маленький сириец в огромных очках, учившийся с  ним  на  одном
факультете. А уж этот сарацин никогда в жизни не стал бы его  разыскивать,
да еще облачившись в здешнюю железную скорлупу!
     Видимо, из-за коня и экипировки Хольгера приняли за кого-то  другого,
весьма с ним схожего. А это означало нешуточные хлопоты. Не  стоит  самому
искать того сарацинского воина. Право же, не стоит!
     Его охватила апатия и отрешенность.
     - Поеду в Фаэр, - сказал он. - Выбора у меня нет.
     - Ох, хорошенький выбор для смертного... - сказала Алианора  гробовым
голосом. Наклонилась к Хольгеру. - А  на  чьей  ты  стороне?  Порядка  или
Хаоса? - видя, что он колебался, добавила: - Не бойся. Я  почти  со  всеми
живу в мире.
     - На стороне Порядка, похоже, - сказал он задумчиво. - Хоть и мало  я
знаю об этом мире... то есть об этой стране.
     - Так я и  думала,  -  сказала  Алианора.  -  Я  ведь  тоже  человек.
Сторонники Порядка частенько бывают пьянчугами и грубиянами,  но  их  дело
ближе мне, чем хаос. А потом я отправлюсь с тобой, рыцарь. Быть  может,  в
Серединном Мире я тебе как нибудь да пригожусь.
     Хольгер запротестовал было, но она подняла тонкую руку:
     - Нет - нет, не перечь. Я умею летать, и оттого могу избегнуть многих
опасностей.  И  потом...  -  она  засмеялась.  -  И  потом,  сдается  мне,
прекрасное будет приключение.
     Наступала ночь, неся с собой звезды и росу. Хольгер достал  из  вьюка
свою постель. Алианора сказала, что будет на дереве.
     Хольгер долго лежал, глядя на усыпанный звездами небосклон. Созвездия
были знакомые - над ним раскинулось летнее небо Северной  Европы.  Но  как
далеко отсюда его дом?  И  можно  ли  говорить  о  "расстояниях"  или  все
сложнее?
     Он вспомнил, как помимо  воли  перекрестился,  когда  Алианора  вдруг
стала человеком. В прежней жизни ему бы и в голову не пришло автоматически
творить крестное знамение. Одно лишь  окружающее  средневековье  послужило
причиной такому поступку, или неизвестно откуда  взявшееся  знание  языка,
умение ездить верхом - а может, и еще что-то  новообретенное,  неизвестное
пока? Оттого, что он не мог разобраться в себе самом, одиночество казалось
еще горшим.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.