Случайный афоризм
Никому не давайте своих книг, иначе вы их уже не увидите. В моей библиотеке остались лишь те книги, которые я взял почитать у других. (Анатоль Франс)
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

                               Пол АНДЕРСОН

                          ТРИ СЕРДЦА И ТРИ ЛЬВА



                                  ПРОЛОГ

     Сколько времени минуло... Мне кажется, что рассказать обо всем этом -
моя обязанность. Мы встретились, Хольгер и я, больше двадцати  лет  назад.
Другие времена, другие люди. Улыбчивые парни, которым я  сейчас  преподаю,
разумеется, очень милые ребята, но мы говорим и думаем на разных языках, и
нет смысла прикидываться, будто это не так. Сомневаюсь, чтобы они поверили
моему рассказу. Они более трезвомыслящие, чем были мы  когда-то  я  и  мои
друзья. И жизнь, похоже, кажется нынешним парням не столь приятной штукой,
как когда-то нам. Но что  поделать  -  они  росли  среди  необыкновенного.
Откройте любой научный журнал, любую газету, выгляните  в  окно,  а  потом
спросите себя: "Ну как, ты и теперь веришь, что необычное не стало в нашем
мире повседневностью?!"
     Лично мне рассказ Хольгера кажется правдой. Понятно, я не  настаиваю,
что все так и было. У меня нет никаких доводов, чтобы  подтвердить  что-то
или опровергнуть. Есть лишь надежда, что этот рассказ найдет хоть какой-то
отклик. Допустим, чисто  теоретически,  что  все,  услышанное  мною,  было
правдой. В таком случае история эта несет в себе  кое-какие  полезные  для
нашего будущего  знания,  которые  мы  наверняка  смогли  бы  хоть  как-то
использовать. Допустим благоразумия ради, что все было сном или высосанной
из пальца байкой. Но и в этом случае историю Хольгера стоит запечатлеть  -
хотя бы ради нее самой.
     По  крайне  мере,  одно  неопровержимо:  Хольгер  Карлсен  работал  в
конструкторском бюро, куда поступил и  я  осенью  далекого  1938  года.  В
последующие несколько месяцев я узнал его хорошо.
     Он был датчанином и,  как  большинство  молодых  скандинавов,  жаждал
познать мир. Еще мальчишкой он исколесил почти всю  Европу,  пешком  и  на
велосипеде. Потом,  исполненный  традиционного  в  его  стране  восхищения
Соединенными Штатами, он добился стипендии в одном из наших  колледжей  на
востоке страны и стал учиться на инженерном факультете. А летом где-нибудь
подрабатывал и скитался автостопом по всей Северной Америке. Он так  любил
эту страну, что,  получив  диплом,  нашел  здесь  работу  и  не  на  шутку
собирался получить американское гражданство.
     Все мы ходили у него в друзьях. Он был симпатичным спокойным  парнем,
прочно стоял на земле, обладал незатейливым чувством юмора, а  в  желаниях
был скромен; разве что время от времени, чтобы  побаловать  себя,  навещал
один датский ресторанчик, съедал сморреброд и запивал его датской  водкой.
Как инженер он оказался вполне на уровне, пусть  даже  не  мог  похвастать
"озарениями" - он  был  скорее  практиком,  предпочитал  не  теоретический
анализ, а методичную  рутинную  работу.  Одним  словом,  его  нельзя  было
назвать обладателем выдающегося интеллекта.
     Как раз наоборот обстояло  с  его  обликом.  Он  был  огромен,  почти
двухметрового роста, но рост скрадывали широченные плечи.  Разумеется,  он
играл в футбол и наверняка стал бы  звездой  университетской  команды,  не
уделяй он столько времени  науке.  Неправильные  черты  почти  квадратного
лица, высокие скулы, выдающийся подбородок. Орлиный нос. Картину завершали
светлые волосы и голубые, широко расставленные глаза. Будь у него  получше
с техникой (очень уж он боялся ненароком ранить чувства местных девушек, я
имею в виду), он мог бы стать заправским сердцеедом.  Однако  эта  робость
как раз и удерживала его, и он никогда не доводил приключения такого  рода
до чего-то большего. Словом, Хольгер был милым, в меру  заурядным  парнем,
каких потом стали называть "душа - человек".
     Он рассказал мне кое-что о себе.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.