Случайный афоризм
Писатель, конечно, должен зарабатывать, чтобы иметь возможность существовать и писать, но он ни в коем случае не должен существовать и писать для того, чтобы зарабатывать. Карл Маркс
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

                               Пол АНДЕРСОН

                                   СВЕТ




     Вам следует запомнить: то, что вы сейчас услышите, - величайшая тайна
со времен Манхэттенского проекта. Вашу жизнь мы прощупали с того дня,  как
вы вылезли из коротких штанишек...
     Нет, черт возьми! Мы отнюдь не банда  милитаристов,  свихнувшихся  от
жажды власти. Думаете, мне не хочется кричать правду на весь мир?
     Но  она  может  подтолкнуть  мир  к  войне,   что   означает   гибель
цивилизации.
     Надеюсь, вы как историк поймете причины нашего молчания. Макиавелли -
вот символ хладнокровия и реализма... И вам нет нужды объяснять  мне,  что
он был всего  лишь  исключительно  здравомыслящим  патриотом.  Я  читал  и
"Государя", и "Рассуждения".
     Честно скажу, мне странно ваше удивление. Да, мои знания математики и
физики позволяют мне работать на "Астро", но разве  это  означает,  что  в
остальном  я  должен   выглядеть   неотесанной   деревенщиной?   Я   много
путешествовал, сэр, и на музеи тратил времени не меньше, чем на кабаки.
     Я допускал, что мои коллеги  по  лунной  экспедиции  именно  по  этой
причине косо на меня поглядывают. Они оба отнюдь не роботы, но им пришлось
выучить настолько много, что  просто  не  верится,  как  такое  количество
знаний  могло  уместиться  в  одной  человеческой  голове.  Если   копнуть
поглубже, они попросту боялись, что воспоминания  о  "Мадонне  у  скал"  -
конечно же, из Лондонского музея, она лучшая  из  Мадонн  -  вытеснят  мои
знания орбитальных функций. Вот почему  на  генеральной  репетиции  я  так
уперся, решив рассказать им все, что я знаю по астрогации.  Наверное,  это
задело Бэйрда.
     Особых  споров  между  нами  не  возникало.  К  тому  времени,  когда
"Бенджамин Франклин" отчалил от орбитальной станции и двинулся к Луне,  мы
представляли хорошо слаженную группу.
     Как вы помните, нас было трое. Бэйрд - пилот и  штурман.  Эрнандес  -
инженер. И я - за механика. С управлением корабля мог  справиться  и  один
человек, остальные двое были дополнительной гарантией,  причем  каждый  из
нас мог подменить другого. Нам  предстояла  первая  настоящая  высадка  на
Луне, поэтому вероятность неудачи стремились свести к минимуму.
     Мы летели по заданному курсу несколько дней:  любовались  удаляющейся
Землей и увеличивающейся Луной, которая приближалась к нам на  фоне  столь
черной и звездной  ночи,  какую  вы  просто  не  в  состоянии  вообразить.
Разглядывать фотографии бессмысленно.
     На корабле царила тишина, и мы разговаривали, чтобы не сойти от нее с
ума. Одну из наших бесед я запомнил очень хорошо, потому что она  касалась
причин секретности полета.
     Земля висела сапфиром  среди  тьмы  и  звезд.  Длинные  белые  потоки
северного сияния развевались вблизи полюсов наподобие знамен.  Вы  знаете,
что с такого расстояния на нашей планете видны пояса? Очень много,  совсем
как у Юпитера. Из-за них трудно разглядеть очертания континентов.
     - Вроде бы в  поле  зрения  Россия,  -  сказал  я.  Бэйрд  глянул  на
хронометр  и  висящий  на  стене   график   движения,   подвигал   визиром
логарифмической линейки.
     - Да,  -  буркнул  он.  -  В  данный  момент  Сибирь  проходит  через
терминатор.
     - Они следят? - спросил Эрнандес.
     - Наверняка, - ответил  я.  -  На  их  орбитальных  станциях  хорошие
телескопы.
     - То-то у этих телескопов будут скалиться, если мы врежемся в метеор!

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.