Случайный афоризм
В деле сочинительства всякий (сужу по себе) делает не то, что хочет, а то, что может - и насколько удастся. Иван Сергеевич Тургенев
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

разбушевалась ярость.
     Он покачал головой.
     - Мы никогда не враждуем с человеком.  Как  мы  можем  сделаться  его
врагами? Мы используем евангелие любви.
     Я фыркнул. Он отвел глаза.
     - Что ж, - голос его дрогнул. - Все мы - сыны Адама. Мы тоже,  как  и
любой другой человек, можем впасть в грех. Признаю, что тогда меня охватил
гнев...  Когда  вы...  Выкинули этот фокус...  Когда  хитростью  заставили
нас... Заставили те невинные души...
     Я замахнулся ножом. Лезвие сверкнуло.
     - Прекрати болтать чепуху, Мармидон! Единственная  невинная  душа  во
всем этом подлом деле - трехлетняя девочка. Ее похитили. Она в аду!
     Его рот широко раскрылся, глаза выпучились, как у лягушки.
     - Говори, - приказал я.
     Какое-то время он не мог  выдавить  из  себя  ни  слова.  А  потом  в
совершеннейшем ужасе простонал:
     - Нет! Невозможно! Я бы никогда, никогда!!!
     - А как насчет твоих дружков священников? Который из них?
     - Никто! Клянусь. Этого не может быть.
     Я кольнул его острием ножа в глотку. Он содрогнулся.
     - Пожалуйста, разрешите мне  узнать,  что  случилось.  Разрешите  мне
попробовать помочь вам.
     Я убрал нож. Пошатываясь, прошел пару шагов, сел, хмурясь, потер лоб.
Все это расходилось с тем, о чем я думал сперва.
     - Послушайте, - начал я обвиняющим голосом. - Вы сделали все, от  вас
зависящее, чтобы лишить меня средств к  существованию.  А  когда  вся  моя
жизнь пошла под откос, что я должен подумать? Если вы невиновны, вам лучше
предоставить мне убедительные доказательства.
     Посвященный сглотнул слюну.
     - Я... Да, конечно. У меня не было намерения причинять вам какой-либо
вред. То, что вы сделали... Делаете... Это  грех.  Не  обрекайте  себя  на
вечное проклятие. И не толкайте других на такой же путь греха. Церковь  не
может оставить это без внимания. Ее  служители...  Большинство  из  них...
Помогут вам во всем, что только от них зависит.
     - Кончайте проповедь! - приказал я. Помимо всего прочего я не  хотел,
чтобы  возгоравшийся  в  нем  пыл  пересилил  его  страх  передо  мной.  -
Придерживайтесь фактов. Вы были посланы натравливать на нас ту  банду.  Вы
их подстрекали!
     - Нет... Хорошо, я вхожу в состав добровольцев. Когда происходили  те
события, мне разрешили принять в них участие. Но не для того, чтобы...  Не
чтобы сделать то, о чем вы говорите... Нет, чтобы оказать  помощь,  помочь
советом, осуществлять духовное  руководство...  Ну,  и  обеспечить  защиту
против возможного с вашей стороны колдовства... Ничего более! Вы  же  сами
напали на нас.
     - Конечно, конечно. Это мы  начали  пикетирование,  а  когда  оно  не
сработало,  силой  вторглись  на  чужую  территорию,  установили  блокаду,
учинили  факты  вандализма,  терроризма...   Ха-ха!   И   действовали   вы
исключительно  в  качестве  частного  лица.  Правда,  когда  вы  потерпели
неудачу, то нашли  поддержку  и  утешение  у  своего  руководства.  И  уже
вернулись к исполнению своих обычных обязанностей.
     - На меня наложена епитимья за то, что я согрешил  гневом,  -  заявил
он.
     Легкая дрожь пробежала у меня по  позвоночнику.  Ну  вот,  теперь  мы
добрались до главного.
     - Вас поместили сюда не просто потому, что вы  рассердились  на  нас.
Что вы сделали на самом деле?
     Его снова охватил ужас. Он воздел бессильные руки.
     - Пожалуйста... Я не могу... Нет!
     Я поднес нож к его лицу. Мармидон нахмурился и быстро сказал:
     - Разгневавшись на вашу жестокость, упрямство...  Я  наложил  на  вас

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.