Случайный афоризм
Моя родина там, где моя библиотека. (Эразм Роттердамский)
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

идеологии халифата,  не  они  ли  подтолкнули  взрыв  безумия  на  среднем
востоке?
     Теперь я лучше знаю, следует  ли  ожидать  от  человечества  разумных
последствий.
     Вопреки всеобщему убеждению, угроза  появилась  отнюдь  не  внезапно.
Некоторые предупреждали о ней с самого начала. Они указывали, что иоанниты
сделались доминирующей силой в политике уже нескольких стран,  и  что  эти
страны тут же начали относиться  к  нам  не  особенно  дружелюбно.  И  что
несмотря на это иоанниты постепенно обращают в свою веру всю  Америку.  Но
мы их, в  общем,  не  слушали.  Мы  были  слишком  заняты  восстановлением
причиненных войной разрушений. Слишком заняты - все  вместе,  и  каждый  в
отдельности. Мы решили,  что  те,  кто  трубит  тревогу  -  реакционеры  и
мечтающие дорваться до власти тираны  (не  исключено,  среди  них  были  и
такие). Теология иоаннитов, возможно, идиотская,  говорили  мы,  но  разве
первая поправка не гарантирует свободу проповеди и  вероучений?  Вероятно,
из-за нее, из-за иоаннитов у петристских церквей <большинство христианских
церквей базируется на вероучении, восходящему к Петру и Павлу>,  появились
определенные  трудности,  но  разве  это  не  их   собственная   проблема?
Действительно, в наш научный  век  говорить  об  опасности,  исходящей  от
религиозно-философской системы... Якобы искусно повсюду распространяемой..
Системы, подчеркивающей свое стремление к миру почти так же неуклонно, как
квакеры. Системы, превозносящей заповедь любви к ближнему  своему  превыше
всех прочих... Но, пожалуй, насквозь светское общество  и  наша  опутанная
ритуалами вера лишь выигрывает, восприняв кое-что из того, что проповедуют
иоанниты.
     Итак.  Движение  и  его  влияние   разрастались.   Каким-то   образом
соблюдающие порядок демонстрации все чаще  и  чаще  стали  превращаться  в
свирепые бунты. Не санкционированные профсоюзами  забастовки,  выдвигавшие
все менее осмысленные требования, сделались  всеобщим  явлением.  Агитация
парализовала один студенческий город за другим.  И  человек  за  человеком
начинали   умно   толковать,    что    необходимо    сломать    безнадежно
коррумпированный порядок, и на его развалинах построить рай любви.  И  мы,
то есть, большинство  народа,  то  великовечное  большинство,  которое  не
желает ничего,  кроме  чтобы  их  оставили  в  покое  и  дали  возможность
возделывать персональные садики. Все  удивляюсь,  как  это  страна  сразу,
буквально за одну ночь, покатилась к гибели?
     Брат, это случилось не в одну ночь. Даже не в одну вальпургиеву ночь.



                                    20

     В тот июльский день я вернулся домой  рано.  Наша  окруженная  стеной
улица была тихой и спокойной. Повсюду - старинные огни святого Эльма. Дома
и газоны купались в солнечном свете. Я заметил  нескольких  моих  соседок,
летящих верхом на метлах. В седельных сумках у них - покупки из бакалейной
лавки. И привязанные к детским  сидениям  один-два  ребенка.  Этот  способ
передвижения был наиболее популярен  среди  молодежи  нашего  округа.  Его
предпочитали  хорошенькие  молодые  жены.  Кстати,  в  теплую  погоду  они
надевали только шорты и лифчики. Залитая солнцем сцена не  улучшила  моего
плохого настроения.
     Меня переполнял гнев. Я только что выбрался  из  разыгравшейся  около
завода заварухи. А здесь было тихо. Показалась моя крыша. Там, под  ней  -
Джинни и Валерия. Мы с Барни выработали план, как справится с  начавшимися
вчера  вечером  неприятностями.  Я  чуть  развеселился,  представив   наши
дальнейшие действия. И, между тем, я дома.
     Я влетел в открытый гараж, снизился и повесил  свой  "Шеви"  рядом  с
"Фольсбесом" Джинни. Когда я  вышел  из  гаража,  направляясь  к  парадной
двери, что-то будто пушечное ядро, просвистев в воздухе,  ударило  меня  в
грудь. - "Папа! Папа!".

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.