Случайный афоризм
То, что написано без усилий, читается, как правило, без удовольствия. Джонсон
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

- Но ты выглядишь так, будто вся эта чушь имеет под собой основания.
     Действительно, многие акушеры, когда  рождается  ребенок,  укладывают
отца в постель. Но наш врач следовал наиболее распространенному убеждению,
что максимум симпатической помощи жене я оказываю, когда потею в приемной.
За последние месяцы я с таким остервенением учил все, относящееся к  этому
вопросу, что стал чуть ли не специалистом. Первые роды для такой высокой и
тонкой женщины, как Джинни, должны быть трудными. Она  восприняла  это  со
своим обычным хладнокровием. В предсказании обратила внимание не только на
то место, где руны указывали пол ребенка.  Ибо  только  зная  его,  мы  не
опростоволосимся с выбором имени.
     - Как тебе понравилась наша дочь? - спросила она.
     - Великолепна, - сказал я.
     - Лжец, - она тихо рассмеялась. - Еще не было мужчины  на  свете,  не
ужаснувшегося, когда ему сказали, что теперь он должен  именоваться  отцом
сморщенного комка красной плоти, - ее рука потянулась к моей. - Но она еще
станет красивой, Стив. Она такая беспомощная. Для нас она самая прекрасная
на свете.
     Я сказал себе, что не стоит орать прямо здесь,  где  в  палате  полно
матерей. Спасла меня своим скрипом нянька:
     - Я думаю, вам лучше пока оставить вашу жену в покой, мистер Матучек.
И доктор Акман предпочел бы, чтобы свидание  закончилось.  Ему  пора  идти
домой.
     Он ждал  меня  в  помещении  записи  имени  новорожденных.  Я  вошел,
звуконепроницаемая дверь захлопнулась, и нянька запечатала ее, оттиснув на
воске звезду Давида. Это была современная больница, здесь принимались  все
меры предосторожности. Томас Акман  был  седой,  угловатый  человек  шести
футов росту. Он напоминал скалу. У него были свободные манеры. Было видно,
что он несколько устал. Я заметил,  что  под  украшенным  знаками  зодиака
халата медика на нем были одеты белые  парусиновые  брюки  и  рубашка  без
галстука. Это не считая амулета, Конечно.
     Мы пожали руки.
     - Все идет хорошо, - заверил он. - Получены  результаты  лабораторных
анализов.  Как  вы  понимаете,   поскольку   в   роду   матери   не   было
человеко-зверей, ваши дети не станут прирожденными волками-оборотнями.  Но
так как девочка унаследовала от вас комплекс рецессивных генов, она  будет
легко  поддаваться   заклинаниям   трансформации.   Это   -   определенное
преимущество,  особенно,  если,  она  подобно  матери,  изберет  профессию
волшебницы.  Но  это  же  означает,  что  должны  быть  приняты  некоторые
предосторожности. По  сравнению  с  другими  она  будет  более  подвержена
сверхъестественным влияниям.
     Я кивнул. Мы с Джинни наверняка неподобающе часто  принимали  участие
во всех нежелательных для нас приключениях.
     - Выдайте ее замуж за подходящего человека, - пошутил Акман,  -  и  у
вас будут внуки, волки-оборотни.
     - Если она окажется похожей на мою старуху, - сказал я. -  То,  боже,
помоги тому бедняге, которого мы заставим на ней  жениться,  -  говорил  я
это, чувствуя себя полнейшим идиотом. - Послушайте, доктор, мы оба устали.
Давайте оформим документы новорожденной и кончим с этим.
     - Согласен, - он сел за стол. На пергаменте уже были  написаны  имена
родителей, дата рождения  и  официальный  порядковый  номер,  под  которым
ребенок числился среди других новорожденных. - Как вы решили ее назвать?
     - Валерия?
     - Что ж, я предполагал, что ваша жена выберет что-то вроде этого.  Ее
идея, не так ли? А второе имя?
     - Э... Мери. Мое решение в честь моей матери, - я  понял,  что  снова
бормочу чушь.
     - Хорошая мысль. Если ей не понравится причудливая  "Валерия",  будет
называть себя вторым именем. Хотя подозреваю,  что  ей  понравится.  -  Он
сунул пергамент в машинку, впечатал оставшиеся сведения, вздохнув, передал
документ мне (при этом  просыпал  на  него  пепел  из  пепельницы).  Очень

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.