Случайный афоризм
Величайшую славу народа составляют его писатели. Сэмюэл Джонсон
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

твоей душе не отыщется жалости к нам? Известно ли тебе,  в  чем  на  самом
деле заключаются вечные муки? Быть созданием,  в  котором  существуют,  не
смешиваясь, первичные стихии  -  огонь  вожделения,  воздух  порыва,  вода
изменчивости и темное могущество земли... И,  имея  такое  естество,  быть
обреченной красться подобно крысе в этих руинах, и обречено выть в  пустое
небо... И голод, голод в течение трех сотен  лет.  Если  ты  погибаешь  от
истощения, а двое прохожих рядом разостлали те малые  крохи,  которые  они
без труда могут тебе уделить?
     Я пробормотал что-то насчет ложности аналогий.
     - В этом нет зла, - молила она и пододвинулась  еще  ближе.  Ее  руки
легли мне на плечи, грудь легко коснулась моей груди. - И нет в этом злого
умысла. Это - необходимость, Стивен, вы, смертные, тоже не безупречны.  Ни
один демон не осмелится приблизиться к вам, будь вы святыми, у которых  не
бывает нечистых мыслей. Нас влечет к тем, кто схож с нами самими.
     - А... Это... Да... - мне  нечем  было  дышать.  -  Тут  две  стороны
вопроса... Я хотел сказать, одна сторона, да...
     Она рассмеялась снова.
     - Не надо, прекрасный юноша! Вот  я  стою  в  лунном  свете,  обнимая
обнаженного, самого прекрасного в мире мужчину...
     О, господи! Я вспомнил, что все  мое  обмундирование  -  лишь  нижнее
белье. Поскольку она не  отпрянула,  восклицание,  должно  быть,  не  было
воспринято, как молитва.
     -  ...способного  рассуждать  на  материалистические  темы!  Нет,  вы
переполнены любовью и щедры! - Сибелита порхнула в сторону. -  У  меня  не
должно быть перед тобой преимущества. В подлинной дружбе  не  должно  быть
преимущества. Пусть мы  будем  в  одинаковом  состоянии,  -  она  щелкнула
пальцами и платье исчезло. Не то, чтобы это что-то сильно изменило,  разве
что морально. Но мораль как-то тогда казалась не относящейся к делу.
     - А теперь иди ко мне, дорогой мой. Мой  волк,  мой  первый  в  жизни
"луп-гароу"... Не надо бы тратить так много времени  на  женщину...  Но  я
предчувствую так много нового, такое счастье... Иди ко мне!  -  она  снова
бросилась ко мне на грудь. Не  могу  сказать  точно,  что  заставило  меня
ответить на ее поцелуй. Это было так,  будто  вокруг  закружил  окрашенный
розовым вихрь.
     Каким-то образом мне удалось собрать остатки своей воли.
     - Нет! У меня есть жена!
     В смехе Сибелиты послышались неприятные нотки:
     - Ха! Ха! Как полагаешь, чем  изволит  быть  занятым  Амарис  с  того
момент, как ты оставил свою девку одну?
     Я издал какой-то короткий, полузаглушенный звук.
     - Это уже произошло, -  мурлыкала  Сибелита,  -  и  что  сделано,  то
сделано. Не порицай свою жену. Она  всего  лишь  смертная.  Можешь  ли  ты
возвыситься над своим состоянием смертного?
     Передо мной на минутку мелькнула видение ада. Затем,  едва  сознавая,
что происходит, я резко привлек Сибелиту к себе. Целуя, я легонько  укусил
ее губу и почувствовал вкус демонской крови.
     - Пойдем, - напевала она. - Мой любимый, отнеси меня в башню.
     Я поднял ее и пошел через двор.
     - Стив! - крик Джинни воткнулся в меня, словно нож.
     Я выронил свою ношу. Сибелита шлепнулась на  землю  своим  прекрасным
задом и выпалила несколько весьма неприличных слов. Я  изумлено  уставился
на Джинни. Она лежала, свесившись, на парившем над  разрушенными  воротами
персидском ковре. Рыжие волосы спадали в беспорядке  на  голые  колени.  И
хотя я знал, что она для меня потеряна (ибо ее  отнял  Амарис  и  прежнего
между нами уже никогда не будет), мне стало ясно,  что  кроме  Джинни  мне
никого не нужно.
     Сибелита поднялась. Она была совсем белая в лунном свете. Я более  не
желал ее. Пошла она к черту!
     Она презрительно усмехнулась  Джинни,  повернулась  к  ней  спиной  и
раскрыла мне свои объятия. Сказав: "Защищайся", я превратился в волка.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.