Случайный афоризм
Писатель талантлив, если он умеет представить новое привычным, а, привычное - новым. Сэмюэл Джонсон
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

                                    32

     Должно быть, я на минутку потерял сознание. На минутку, а, может,  на
миллионолетие. Внезапно я начал понимать, как будто щелкнули выключателем,
что наше путешествие окончено, и мы куда-то прибыли.
     Куда-то, что бы это такое ни  было.  Я  привлек  Джинни  к  себе.  Мы
смотрели  друг  на  друга,  ощупали  себя  дрожащими   пальцами.   Никаких
повреждений. Свартальф тоже был в полном порядке. Он не требовал, чтобы  а
него обратили внимание, значит, с ним было все в порядке.  Больян  тут  же
заставил его пуститься бегом по расширяющейся спирали,  чтобы  выяснить  -
какова обстановка.
     Я осторожно сдвинул маску, вдохнул воздух. Он был ужасающе  холодным.
Дул ветер, пронизывающий до самых костей. Но воздух казался  чистым.  Если
быть точным - стерильным.
     Стерильность. Ею  все  здесь  было  пропитано.  Небо  было  абсолютно
беспредельно черным. Но каким-то  образом  мы  видели  звезды  и  планеты,
похожие на безобразные груды шелка. И те, и  другие,  глаз  видел  ясно  -
двигались по хаотичным траекториям. Это  были  пятна  еще  более  глубокой
тьмы. Тьмы, которая означает не отсутствие, а отрицание света.  Мы  стояли
посреди  голой  равнины.  Серой,  ровной,  плоской,  словно   отлитой   из
железобетона. Ничего вокруг не было, если не считать  рассыпанных  повсюду
камней. Среди камней не было двух одинаковых, но все  они  были  неизменно
уродливы. Свет исходил от почвы.  Бледный,  бесцветный,  не  дающий  теней
свет. Что вдалеке - было не  видно.  Но  равнина,  казалось,  продолжалась
бесконечно. Ни горизонта, ни препятствий. Не было ни движения,  ни  звука,
ни сторон света - лишь тоскливый свист ветра.
     Всякие мерзости мне приходилось видеть,  но  такого...  Нет,  ужаснее
всего было и будет - подменыш в кроватке нашей дочери.
     Джинни тоже сняла маску, как и я, повесила ее на  свой  балахон.  Она
вся дрожала. Крепко обхватила себя руками.
     - Я д-д-думала, что нас в-встретит пламя, - сказала она.
     Подходящее высказывание. Впрочем, в исторических случаях только такие
и делаются.
     - Данте описал седьмой круг ада, как место, где  властвует  холод,  -
медленно ответил я. - По-видимому, он что-то знал. Где мы?
     - Не знаю. Если волшебство удалось, если  вообще  удалось  волшебство
имени... Мы на какой-то планете... Если только слово "планета"  имеет  тут
какой-нибудь смысл... Вал должна быть  где-то  здесь.  Не  слишком  далеко
отсюда. Вернее, будет.  (Мы,  естественно,  приложили  все  усилия,  чтобы
оказаться здесь раньше нее).
     - Не похоже на то, о чем рассказывали предыдущие экспедиции.
     - Нет. У них иной интересный  перенос.  У  нас  с  ними  были  разные
ритуалы. К тому же мы двигались против течения времени. Возвращаться будет
легче.
     Свартальф исчез за ближайшим камнем. Мне это не понравилось.
     - Kommen sie zuruk! - закричал я, перекрывая свист ветра.  -  Returne
vu!
     И без замешательства понял, что перед переносом Лобачевский  впечатал
в мой мозг знание немецкого и французского языков.  Ей  богу,  и  русского
тоже!
     - Иду, - раздалось сзади. Я обернулся. Кот исчез там. А сейчас он шел
к нам прямо с противоположной стороны.
     - Искривленное пространство, - сказала Джинни.  -  Смотри,  Свартальф
ставит лапы твердо, но путь его был извилист, как  будто  он  напился.  Он
движется по кривой. А ведь он всего в нескольких ярдах от нас.  Что,  Если
бы он был в нескольких милях?
     Я огляделся. Сощурился.
     - Все выглядит прямолинейным.
     - Так и должно быть, пока ты  не  двигаешься.  Бр-р.  Сделаем,  чтобы

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.