Случайный афоризм
Поэты рождаются в провинции, а умирают в Париже. Французская пословица
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

величественным жестом показала им, куда ставить сосуды.
     Пар поднимался от воды. Сначала промыть рану! Нужна чистая ткань. Она
взглянула  на  свою  одежду,  когда-то  чистую,  но  теперь  изодранную  и
замызганную.
     Кровь Ранульфа уже растекалась по белому алтарному покрову, но  часть
полотна оставалась чистой.
     - Мне нужен нож, - сказала она Халдору.  Тот  насторожился.  В  сумке
были ножи, но короткие, и Бриджит не хотела тупить их.  Однако  Халдор  не
доверял ей. Может, она хочет убить себя... или Ранульфа? Дыхание  раненого
стало еле слышным. Нельзя терять времени! -  Ты  хочешь,  чтобы  я  лечила
твоего сына? Тогда давай нож! - крикнула она.
     Халдор  расстегнул  ножны,  достал  нож,  тяжелый,   острый,   тускло
поблескивающий. Бриджит смотрела на лезвие, а Халдор следил за ней. "Боже,
прости меня!" Она надрезала край покрова и оторвала лоскут.
     Смочив тряпку, она промыла голову Ранульфа, а когда она снова окунула
ткань в воду, та стала красной.
     Бриджит торопливо вымыла руки и инструменты во втором сосуде, вытерла
их о тряпку.  Сначала  разрезать  кожу,  отогнуть  край,  обнажить  кость.
Маленьким острым ножом она проделала это. Показалась кость. Кровь сочилась
в трещины. Следует аккуратно удалить осколки. Но тогда  откроется  дыра  в
черепе, мозг совершенно обнажится. Нужно что-то придумать. Что  же  взять?
Дерево?  Нет.  Кусок  кожи  размером  с  ладонь!  Чистая  кожа!  Надо   ее
прокипятить. Прокипятить и держать в кипятке, пока она не потребуется.
     Снова  послышался  приказ  Халдора,  и  друзья   Ранульфа   бросились
исполнять его.
     Кровь потекла сильнее. Брызнула фонтаном.
     - Свет! - приказала Бриджит. Халдор  поднес  лампу  ближе.  Лицо  его
стало белым как мел. - Вот отсюда хлещет кровь. -  Она  перетянула  сосуд.
Кровь остановилась. Девушка глубоко вздохнула и сунула окровавленные  руки
в воду. Никогда еще она не имела дела с такими  серьезными  ранами.  Кровь
потихоньку продолжала сочиться. Иглой и нитью она стянула кожу.  Нить  она
потом выдернет, если, конечно, это "потом"  будет.  Теперь  осколки  кости
удалены, кожа стянута, кровообращение  восстановлено.  Она  села  и  стала
смотреть на дело своих рук. Халдор держал лампу. Руки его сотрясала мелкая
дрожь.
     Бриджит сделала, что могла. Дыхание Ранульфа стало ровнее, или это ей
кажется? Оставалось последнее:
     - Дайте кожу! - Она оторвала  полосы  ткани  от  покрова,  перевязала
голову Ранульфа, подложив кожу.
     Солнце уже зашло.  В  окна  часовни  смотрела  ночь.  "Великий  Боже!
Благослови мой труд!"
     Колени ее подогнулись. Халдор поставил лампу и подхватил девушку.


     Бриджит и Халдор сидели  подле  Ранульфа  и  смотрели.  Огонек  лампы
метался, освещая мальчишеское лицо. Бриджит взглянула на Халдора. Да, если
бы не густая борода и сломанный нос, это было бы то же самое лицо. Девушка
вспомнила жестокость Ранульфа и содрогнулась. Но его отец не притрагивался
к ней, ни когда ее приволокли на корабль, ни потом.
     Она приподнялась и наклонилась к больному. Его дыхание участилось,  а
кожа покраснела. Жар! После врачевания  это  часто  бывает.  Она  пощупала
запястье и ощутила очень частые толчки.
     До реки было недалеко. Но Халдор  взглядом  запретил  ей  идти  туда.
Девушка нашла сосуд с водой, оторвала полосу от одежды. Теперь можно  было
не заботиться о чистоте. Бриджит смочила лицо и  кисти  Ранульфа  и  снова
села.
     Хотя Халдору принесли постель, ни он, ни девушка не  ложились  в  эту
ночь. Бриджит прислонилась  к  стене,  подтянула  колени  к  подбородку  и
клевала носом. Сны ее были странными  и  жестокими.  Бог-Отец,  Конейль  и
Халдор в одном обличье.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.