Случайный афоризм
Настоящее наследие писателя - это его секреты, его мучительные и невысказанные провалы; закваска стыда - вот залог его творческой силы. Эмиль Мишель Чоран
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

                               Пол АНДЕРСОН

                                  ГЕТТО




     Монорельс высадил их на окраине Кит-тауна.
     Вдали  мерцали  и  переливались  огни  огромного  города  -  красные,
зеленые, золотые; огни метались меж  стройных  башен,  отражаясь  в  низко
висящем небе, здесь же царили тишина и ночь.
     Кенри Шаун еще  некоторое  время  постоял  с  остальными,  неуверенно
переминаясь с ноги на ногу и придумывая, что бы сказать. Все знали, что он
собирается оставить космос, но у  китян  не  принято  было  вмешиваться  в
личную жизнь других людей, и поэтому все молчали.
     - Ну что ж, - в конце концов выдавил он. - Еще увидимся.
     - Конечно, - ответил Граф Кишна. - Мы проторчим  на  Земле  несколько
месяцев. - И после короткой паузы добавил: - В следующем рейсе  нам  будет
очень не хватать тебя. Вот если бы ты... передумал, Кенри.
     - Нет, - сказал Кенри. - Я остаюсь. Но все равно спасибо.
     - Приходи в гости, - пригласил Граф. - Мы на днях как раз  собирались
устроить вечеринку и перекинуться в покер.
     - Конечно. Конечно, приду.
     Граф обнял Кенри за плечо одной рукой и слегка прижал  к  себе.  Этот
обычный для Кит-тауна жест заключал в себе больше, чем можно было выразить
словами.
     - Доброй ночи, - вслух сказал он.
     - Доброй ночи. - Во тьме слова прозвучали чуть слышно.  Они  постояли
еще мгновение: полдюжины мужчин  в  свободных  синих  куртках,  мешковатых
брюках и мягких туфлях - одежды  для  выхода  в  город.  Все  они  забавно
походили друг на друга: смуглолицые, невысокого роста и плотного сложения.
Но больше всего их роднила манера двигаться  и  особенное  выражение  лиц.
Ведь за всю жизнь, проведенную среди звезд, они не  видели  ничего,  кроме
чужих странных миров.
     Затем  группа  распалась,  и  каждый  пошел  в  свою  сторону.  Кенри
направился к отцу. Было довольно прохладно, северное полушарие вступало  в
осень; Кенри поежился и сунул руки в карманы.
     Улицы  Кит-тауна  были  просто   узкими   бетонными   дорожками,   не
светящимися, а  по  старинке  освещенными  круглыми  фонарями,  бросавшими
неясные блики на лужайки, деревья и на  маленькие,  похожие  на  землянки,
домики, далеко отстоящие от дороги. Людей  на  улице  почти  не  осталось:
пожилой офицер, кажущийся очень  суровым  в  своей  накидке  с  капюшоном;
молодая пара, медленно прогуливающаяся, взявшись за  руки;  стайка  детей,
резвящихся на траве, наполняющая воздух веселым смехом.  Вполне  возможно,
некоторые из этих детишек родились лет сто назад  и  уже  успели  повидать
миры, солнца которых неразличимы отсюда. Но родная планета  всегда  манила
людей. Даже оказываясь  на  другом  краю  Галактики,  они  возвращались  к
шепчущим лесам и пенистым морям, к дождю, ветру и быстро несущимся  тучам,
через любые бездны пространства стремились они к своей матери-Земле.
     Большинство  домов-полушарий  были  темны.  За   ними   присматривала
автоматика, пока хозяева блуждали среди  звезд.  Кенри  прошел  мимо  дома
своего друга  Джонга  Эррифранса,  подумав  с  грустью,  увидятся  ли  они
когда-нибудь. "Золотой Летун" вернется с Бетельгейзе не раньше  чем  через
столетие, а к тому времени "Крылья" - его корабль - еще не возвратится  из
следующего рейса.
     "Нет, постой-ка. Я ведь остаюсь. Я буду уже глубоким стариком,  когда
вернется Джонг, по-прежнему молодой и веселый, с гитарой  за  спиной  и  с
улыбкой на губах".
     В городке было всего-навсего несколько тысяч домиков,  и  большинство

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.