Случайный афоризм
Писатели бывают двух категорий: одни пишут, чтобы жить, а другие живут, чтобы писать. Амин Ар-Рейхани
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

и Стефа, он адресовал ей самую дьявольскую улыбку  из  своего  репертуара.
Она остановилась и с изумлением посмотрела на него:
     - Дэвид!  Ни  один  человек  в  мире  не  смог  бы...   я   даже   не
подозревала...
     - Теперь ты знаешь. - Поскольку ее кинжал был в  ножнах,  он  рискнул
потрепать девушку по щеке. - Я умею не только обращаться с машинами.  Меня
научили и многому другому.
     Слезы показались в ее серых глазах.
     - Все равно вы должны сдаться, - умоляюще попросила она. - Что вы еще
можете сделать?
     - А вот что, - сказал он, бросая саблю и хватая Стефу. Она вскрикнула
и попыталась вырваться, но он был сильнее. - Уходите, вы, недоноски!
     Запах ее волос ударил ему в лицо. Чи невозмутимо продолжала передачу.
Стефа внезапно смолкла. Он почувствовал, как она напряглась в  его  руках.
Затем звенящим голосом с гордостью девушка произнесла:
     - Нет, вперед и стреляйте!
     - Этого не может быть, - пробормотал он.
     - Может, - она слабо улыбнулась ему. -  Или  вы  думаете,  что  земцы
боятся смерти больше вас?
     Лучники прицелились. Фалькейн покачал головой.
     - Что ж, - сказал он и даже заставил себя рассмеяться, - когда ставки
высоки, игроки блефуют. Конечно, я не использую вас в качестве щита.  Я  -
отъявленный лжец, а для вас можно найти лучшее применение...
     Он поцеловал девушку, она ответила. Ее руки  легли  ему  на  плечи  и
обвились вокруг шеи. Это было  приятно  и  к  тому  же  давало  выигрыш  в
несколько лишних секунд...
     -  ДЕМОН!  ДЕМОН!  -  кричали  земцы  и  икрананкийцы.  Громовой  рев
сопровождался шумом падающей штукатурки и камней. Стефа не  присоединилась
к паническому бегству. Но она высвободилась, в руке ее сверкнул кинжал.
     - Что это? - вскрикнула девушка.
     Фалькейн облегченно вздохнул. Голова его кружилась. Каким-то  образом
он умудрился ответить ровным голосом:
     - Это наш корабль. Он приземлился,  взял  на  борт  Адзеля  и  теперь
демонстрирует перед вами свою силу, - он взял ее за руку. - Идемте. Выйдем
на такое место, чтобы он смог взять нас на борт. Я смертельно хочу  сухого
мартини.



                                    11

     Конференция  состоялась  на  нейтральной  территории,  в  независимой
чекорской деревне, находящейся между катандаранской и рангакорской землями
(независимость состояла в том, что деревня платила дань и тем, и  другим).
Заботясь  соблюсти  все  формальности  и  никого  не   обидеть,   Фалькейн
предложил, чтобы председательствовал на конференции вождь этой деревни.
     Церемонии  были  бесконечными.  Взгляд  Фалькейна,   оторвавшись   от
причудливых рисунков  на  плетеных  стенках  хижины,  перешел  на  местных
туземцев, сидящих на корточках рядом со  своими  копьями,  -  своего  рода
почетный караул - и задержался на президиуме конференции,  восседавшем  за
каменным столом. Он очень хотел бы оказаться в  другом  месте.  Сдержанный
шум и беготня  доносились  через  открытую  дверь.  В  соседнем  помещении
терпеливо лежал Великий Адзель. Там же братались солдаты, что сопровождали
вождей многочисленных фратрий.
     О самих вождях этого сказать  было  нельзя.  Король  Урсала  закончил
зачитывать весьма длинный список своих жалоб и требований и теперь  ерзал,
поскольку император Джахаджи начал излагать свои  претензии.  Гарри  Смит,
порицавший членов своей фратрии за участие в восстании, свирепо поглядывал
на Боберта Торна, тот отвечал ему тем же. Вождь деревни  шуршал  бумагами,
несомненно, готовясь следующим произнести длинную речь.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.