Случайный афоризм
Писатель, конечно, должен зарабатывать, чтобы иметь возможность существовать и писать, но он ни в коем случае не должен существовать и писать для того, чтобы зарабатывать. Карл Маркс
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

   Павел Амнуэль
   
   ВЫСШАЯ МЕРА
   
   Атака.
   
   Он достал меня, когда будильник прозвонил восемь. Я уже
проснулся, но хотелось немного поваляться, прежде чем встать,
выглянуть в окно, обнаружить на улице серую мглистую и ватную
муть начавшейся осени, наскоро умыться, а потом, включив
телевизор, завтракать и глядеть на пассы Алана Чумака.
   Будильник зазвенел, и стальной обруч, охватив голову, сжался,
ломая кости черепа.
   Я попытался раздвинуть обруч обычными приемами самовнушения, и
когда боль стала совсем нестерпимой, понял, что попался. Я
вообразил, что голова моя обратилась в булавочную головку,
рисинку, математическую точку. Боль чуть уменьшилась, будто
кто-то слегка сдвинул ручку реостата.
   Вчера, глядя на меня странным взглядом, в котором читались сразу
и ненависть, и симпатия, он сумел-таки, наверное, внушить
односторонний контакт - я ведь и не отбивался, мысли были заняты
другим. Он сидел в последнем ряду, держал руки на спинке впереди
стоявшего стула и смотрел на меня, будто стрелял.
   Я медленно опустил ноги на пол, встал - боль плескалась в
голове, как ртуть в чаше, тяжело и серо, м я донес чашу до
ванной, наклонился, чтобы вылить жидкость, но чаша была
глубокой, и ничего не получилось. Тогда я представил, что боль -
всадник на дикой лошади, скачущей по полю прямо в ров. Но
всадник натянул поводья, и лошадь круто взмыла в воздух, отчего
я едва не свалился в ванну и оставил попытки справиться
самостоятельно. Я позволил ему войти, это было глупо, но я уже
позволил ему это вчера, и теперь не оставалось ничего другого,
кроме как отыскать его. Иначе от боли не избавиться, да и только
ли от боли? Что он еще надумает? И зачем?
   Вчера он впервые явился на наш сбор, назвался Патриотом, хотя
председатель наш, Илья Денисович, настойчиво и трижды просил его
представиться. Патриот произнес речь. Господи! Родина пропадает,
- ну, это и без него ясно. Спасти ее может лишь союз крестьянина
и мыслителя. Но крестьянин сам по себе ничто, а мыслители
вывелись. Точнее, в битве думающих русские мыслители потерпели
поражение еще в двадцатые годы, когда позволили чужой и чуждой
мысли угнездиться в общественном сознании. С тех пор нация
чахнет. Лишь сейчас может и должно наступить возрождение, потому
что русский дух имеет, наконец, счастливую возможность
объединиться, чтобы выразить себя. Я не сразу понял, что он имел
в виду: объединение экстрасенсов по национальному признаку!
Создать у нас филиал общества "Память".
   Меня идея взбесила. В нашем кругу никогда и никто не выделял
никого по национальности. Русское биополе, и биополе еврейское -
бред! Я попытался мысленно объяснить это Патриоту и потерпел
поражение. Я видел - многие пытались. Никакого эффекта. Он
продолжал говорить и думать, и договорился (додумался!) До того,
что инородцы (в нашем клубе их больше половины) не могут быть
полноценными носителями биополей. Они стремятся к дешевому
успеху - Джуна, например, Чумак или тот же Кашпировский. Они
губят движение.
   Когда Патриот сел, я кожей чувствовал жжение, так все были
взволнованы. Я встал. Сказал, что именно национализм - гибель
для нашего движения. Впервые мы, люди с особыми свойствами

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.