Случайный афоризм
Когда творишь, вычеркивай каждое второе слово, стиль от этой операции только выиграет. Сидней Смит
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

                                П.АМНУЭЛЬ

                            АВРААМ, СЫН ДАВИДА




     Он пришел рано, как и договаривались.
     Солнце стояло низко, но  песок  еще  не  остыл  после  вчерашнего,  и
ступать босыми ногами было трудно - будто по остывающим  углям.  Мальчишке
хоть бы что - стоит, переминаясь, смотрит в глаза, ждет.
     - Пошли, - вздохнул Доминус. - Хотя смотреть там особенно не на  что.
И опасно. Скорпионы, змеи.
     - Я хочу видеть, - упрямо сказал мальчик. Он приставал к Доминусу уже
третью неделю: сведи, да сведи. Почему на Холмы? Есть замечательные  места
к востоку - и ближе, и красивее, и опасности никакой. Дети  бывают  ужасно
упрямы, хотя этот мальчишка наверняка точно знает, чего хочет.  Развит  не
по годам, да и  физически  крепок  -  можно  дать  все  двенадцать.  Когда
Доминусу исполнилось девять лет, он был хилым, как и все  дети.  Постоянно
хотелось  есть,  а  этот  неизвестно  откуда  берет   силы   -   богатырь,
залюбуешься.
     - Пошли,  -  повторил  Доминус  и,  отмерив  на  глаз  расстояние  до
ближайшего дерева, пустился  вприпрыжку.  Под  солнцем  сразу  защипало  в
спине, побежали мурашки, забухало  сердце.  Ничего,  днем  было  бы  хуже.
Прошлым летом Карон, сводный брат  Доминуса,  умер,  выйдя  в  полдень  из
селения, чтобы взять  оставленную  в  поле  с  вечера  корзину  с  плодами
лимонеллы. Солнце не любит, когда забывают о его силе.
     Они миновали три дерева, и Доминус позволил себе  остановиться.  Ноги
гудели. Мальчишка стоял на границе тени и света, из-под ладони смотрел  на
селение. Люди еще спали. Хижины издалека  казались  игрушечными,  животные
бродили под тентами, лакали густое питательное варево из низких  кормушек.
У Камня видно было какое-то движение, но Доминус не мог разглядеть - то ли
уже поднялся Первосвященник, то ли  дебильный  Ксант  посыпает  жертвенник
свежим песком.
     - У старика опять спина болит, - сказал мальчик, - согнулся весь.
     Доминус поразился (в который раз!) остроте его зрения.
     - Не называй Дагора стариком,  -  наставительным  пастырским  голосом
сказал он. - Какой он старик, если  один  поднимает  большого  жертвенного
барана?
     Мальчик  промолчал,  улыбка  его   была   странной.   Он   не   любил
Первосвященника. Неприязнь была взаимной, потому что  мальчик  предпочитал
молиться в одиночестве, и это, по мнению  Дагора,  могло  привести  род  к
беде. Мальчик молился один, даже когда стоял рядом  с  отцом,  и  это  так
бросалось  в  глаза,  что  неприязнь  Первосвященника  становилась  вполне
понятной. Доминусу временами казалось, что мальчик и не молится  вовсе,  а
произносит слова, не вдумываясь в их смысл. Грех. Возможно,  простительный
для ребенка.
     Доминус приготовился к тяжелому броску - ближайшее  к  северу  дерево
находилось на расстоянии не менее тысячи локтей: значит,  придется  бежать
изо всех сил,  иначе  за  пять  отсчетов  водомерки  не  успеть,  и  тогда
захлебнешься в кашле, а солнце так исколотит, что спину придется  оттирать
соком кактусовых игл - целебным, но ужасно вонючим.
     - Готов? - спросил он. - Вон то дерево, с высокой кроной.
     - Лоредан, - сказал мальчик.
     - Что? - не понял Доминус.
     - Лоредан. Я придумал  названия  для  всех  деревьев,  что  видны  из
селения. Легче объяснять дорогу.
     - Вот за это тебя и не любят многие, - пробурчал Доминус. - Деревья -
это деревья. А тебе лишь бы что-то свое...

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.