Случайный афоризм
Стихи никогда не доказывали ничего другого, кроме большего или меньшего таланта их сочинителя. Федор Иванович Тютчев
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

боль. Тот же вред... И, возможно, чья-то смерть. И значит - зло...
     - Что ты понимаешь в добре и зле? - вспылил Роберт. - Зло -  убивать?
А умирать, как бараны - добро?
     - Не будем говорить  о  добре  и  зле,  поговорим  лучше  о  злобе  и
доброте...
     Валерг отвернулся. В самом деле, что-то похожее на злобу шевельнулось
в глубине его души. Неужели дарвит почувствовал даже это?
     Валергу стало не по себе. Постоянное чувство наготы утомляло. Человек
разоблачается лишь периодически, и даже в минуты откровения он чаще  хочет
казаться, чем быть. А здесь не защищали слова и улыбки, невольно  хотелось
что-то делать, чтобы заслониться от убийственного понимания.
     - Что же ты предлагаешь?.. Какой выход?.. - спросил Валерг,  понимая,
что все его вопросы безнадежны и обречены.
     - Сходи посмотри на наше озеро. Искупайся. Там  сейчас  прекрасно,  -
отвечал дарвит. - А завтра озера уже не станет. Оно умрет вместе  с  нами.
Хотя внешне останется таким же голубым и прохладным.
     Гнев  Валерга  прошел,  его  больше   не   возмущала   покорность   и
беззащитность дарвита. Гнев растаял, осталось сожаление.
     - Прости, - пробормотал Роберт и, взяв со стола нож, поспешно  сложил
и засунул в карман. - Прости, - повторил и двинулся к выходу.
     "Пойду и напьюсь с Олгердом", - подумал он с тоской, но  пошел  вовсе
не в сторону поста охраны, а к озеру.
     Ночь  была  чудесной.  Облака  медленно  клубились,   собираясь   для
утреннего дождя. Мелкая россыпь, звезд  то  появлялась,  то  исчезала,  но
белый камень, светясь, не давал темноте  завладеть  Даром.  Валерг  прошел
мимо фарпа, на ходу погладил бок машины и стал спускаться к озеру. Его  не
оставляло чувство, что он по-прежнему на Земле и не покидал ее никогда,  а
это озеро, поселок и заросли - лишь невиданный прежде таинственный уголок.
     Была какая-то тревога в этих зарослях и  воде,  что  светилась  и  от
которой в холодеющий воздух поднимался пар,  как  от  большого  и  теплого
животного. Но опасность и  манила.  Хотелось  заплыть  под  темные  ветви,
затаиться и ощутить себя среди неведомого. Валерг разделся  и  бросился  в
воду, подняв волну. Через несколько минут он уже был  в  темноте  нависших
ветвей,  хотел  схватиться  за  ветку,  но  она  подобралась...  Массивное
многорукое животное запрыгало прочь, издав короткий жалобный крик.
     Валерг расхохотался. Вот и вся опасность! Дар на большее не способен.
Бедный Дар! Валерг поплыл обратно к берегу и, выбравшись, долго  лежал  на
песке...
     "А ведь прав старик... - думал он. - Здесь так хорошо... Будто кто-то
огромный держит тебя на ладони... Неужели Олгерд этого не чувствует?!.."
     И ему сделалось жаль Олгерда...



                                    5

     Олгерд сидел на крыльце  и  смотрел  прямо  перед  собой.  Справа  от
крыльца высилась куча хлама: пустые банки, мятые упаковки. Слева  -  пенек
срубленной сурты из которого пробивался побег с  двумя  клейкими  молодыми
листочками. Каждый вечер своего дежурства Олгерд обрывал  эти  листки,  но
наутро они прорастали вновь. Олгерд мог бы сжечь  пень  лучеметом,  но  он
хотел заставить его не расти... Олгерд скучал... Валерг ушел в резерват  и
не возвращался, Олгерд уже собрал  на  стол  нехитрую  закуску,  откупорил
бутылки и два или три раза приложился к горлышку. Он слегка  захмелел,  но
ничуть не развеселился, наоборот, раздражился до крайности.
     Дар источал слабый  сладкий  запах...  Дар  ласково  щекотал  затылок
ночным ветерком. Дар, сотворенный без острых углов, походил на  обсосанный
другими леденец. Как он его ненавидел! Ненавидел деревья и утренний дождь,
и жаркое в полдень солнце,  ненавидел  низкорослых  уродцев-дарвитов.  Это
внешне они похожи на нас, а на самом деле!.. Только идиот может считать их

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.