Случайный афоризм
Ни один великий поэт не может не быть одновременно и большим философом. Сэмюэл Тейлор Колридж
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

легкомыслие и беспутность и знай угрожал лишить его наследства.
     После смерти отца  молодой  герцог  и  дальше  скрывал  существование
внебрачного сына, так как влюбился в Изабеллу Галльскую. А потом,  потеряв
ее, он возненавидел весь мир; стремясь забыться и унять свою  боль,  он  с
головой погрузился в государственные заботы, посвятив им все  свое  время,
всю свою жизнь, всего себя, и его нисколько не  трогала  судьба  Марка.  К
счастью, мать герцога, женщина благородная, чуткая и  сердечная,  лишь  на
два года пережившая своего мужа, все-таки  успела  позаботиться  о  внуке.
Только благодаря ей  Марк  с  малых  лет  жил  в  достатке,  не  испытывая
стеснения в средствах, воспитывался как настоящий вельможа, а впоследствии
получил блестящее образование в самом престижном во  всей  Европе  учебном
заведении  -  университете  святого  Павла  в   Риме.   Правду   о   своем
происхождении Марк узнал лишь на двадцать втором  году  жизни,  а  впервые
увидел отца еще через семь лет, когда, получив степень магистра  теологии,
был назначен младшим викарием Тулузской архиепархии и приехал в Галлию.
     Понятно, что никаких сыновних чувств к  герцогу  Марк  не  испытывал,
зато в их отношениях было уважение и взаимопонимание, а со временем  между
ними возникло что-то  вроде  дружбы.  Почувствовав  запоздалое  раскаяние,
герцог посодействовал головокружительной карьере сына.  За  неполные  пять
лет тот из младшего викария  стал  коадъютором  архиепископа,  а  еще  год
спустя, когда монсеньор Бартоломео Гаэтани был отозван в Рим, чтобы занять
в  Курии  пост  камерлинга,  папа  Павел  VII,  уважив   просьбу   герцога
Аквитанского, назначил Марка де Филиппо новым  архиепископом  Тулузским  и
высвятил его в ранг кардинала.
     Помощь отца Марк принимал с благодарностью и пониманием, но так и  не
смог  до  конца  простить  ему  свое  полное  обид  и   унижений   детство
безотцовщины;  не  мог  забыть  он  горькие  слезы  матери,   которой   за
самоотверженную любовь  было  заплачено  изгнанием  и  которая  умерла  на
чужбине, вдали от родины, снедаемая одиночеством и тоской... И может быть,
именно та неосознанная враждебность, то откровенное  осуждение,  что  иной
раз появлялись во взгляде Марка в  первые  годы  их  знакомства,  побудили
герцога оглянуться назад, переосмыслить  прошлое,  по-новому  оценить  все
свои прежние поступки, в частности, свое отношение к Филиппу...
     - Во имя Отца, Сына и Святого Духа, аминь! - между тем читал  г-н  де
Мирадо. - Мы, Филипп, милостью Божьей герцог  Аквитании,  принц  Беарна  и
верховный сюзерен Мальорки и Минорки,  маркграф  Пиреней,  князь-протектор
Гаскони и Каталонии, пэр Галлии, объявляем во всеуслышание, дабы сие стало
известно  всякому  подданному  нашему  и  всем  нашим  родичам,   владыкам
христианским, а также князьям неверным, что признав сына  нашего  Филиппа,
графа Кантабрии и Андорры, своим наследником и  завещав  ему  все  титулы,
владения и полномочия, ныне принадлежащие нам, вместе  с  тем,  для  сего,
15-го мая, года 1452-го от Рождества Христова, с согласия и одобрения  его
святейшества папы Павла Седьмого, его  императорского  величества  Августа
Двенадцатого, могущественных беарнских и балеарских сеньоров и Сената,  мы
отрекаемся от титула  принца  Беарна  и  верховного  сюзерена  Мальорки  и
Минорки  со  всем  ему  принадлежащим  в  пользу  вышеупомянутого  сеньора
Филиппа, сына нашего, дабы правил он сими владениями, руководствуясь волей
своею и по велению совести своей, по собственному усмотрению и с  согласия
подданных своих, правил мудро и грозно, достойно  памяти  славных  предков
наших и их деяний, для вящей славы всего рода нашего. Да  пребудет  с  ним
всегда и во всем помощь Божья и Его благодать, но пусть  не  забывает  он,
что Всевышний на то и даровал каждому человеку вольную волю, дабы тот  был
свободен в своих поступках и самостоятельно выбирал  себе  путь  в  жизни,
осознавая свою ответственность перед Господом нашим и стремясь преумножить
Его славу и величие Его. Аминь!
     Огласив  акт,  г-н  де  Мирадо  вручил  символическую  связку  ключей
министра княжеского двора своему преемнику  на  этом  посту  -  невысокому
худощавому юноше восемнадцати лет со светло-каштановыми волосами,  первому
дворянину нового принца, Габриелю де Шеверни.
     Архиепископ подвел Филиппа к алтарю и  положил  его  правую  руку  на

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.