Случайный афоризм
Писатель подобен раненой тигрице, прибежавшей в свое логовище к детенышам. Лев Шестов
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

унизительной.
     "Что верно, то верно", - подумал Эрнан и одобрительно кивнул.
     - А что касается меня, - продолжал герцог, - то я с радостью переложу
часть государственных забот на его  плечи.  Я  уже  стар,  а  он  молод  и
энергичен, да и способности ему не занимать. По моим сведениям, он отлично
справляется с Кантабрией и уже зарекомендовал  себя  Кастилии  как  зрелый
государственный муж.
     - Он зарекомендовал себя еще здесь, в Гаскони,  -  заметил  Эрнан.  -
Когда сумел привлечь на свою сторону большинство вельмож и сенаторов.
     Это уже был удар по лежачему. Герцог  натянуто  улыбнулся  и  перевел
грустный взгляд на Габриеля, который за все это время не обронил ни одного
слова и лишь внимательно слушал их  разговор.  Он  чувствовал  себя  очень
неловко и неуютно в присутствии одного из самых знатных  и  могущественных
князей католического мира.
     - Господин де  Шеверни,  -  мягко  заговорил  герцог.  -  Если  я  не
ошибаюсь, шесть лет  назад  вы  несколько  месяцев  гостили  у  Филиппа  в
Кантабрии. Или это был ваш старший брат?
     - Это был я, монсеньор, - ответил Габриель. - Я старший из братьев. В
сентябре сорок  пятого  года  я  приехал  по  приглашению  вашего  сына  в
Сантандер и пробыл там до весны сорок шестого.
     - То есть до смерти вашей сестры.
     - Я ухал через месяц после того, как  умерла  Луиза.  Вернее,  явился
отец и забрал меня. Он обвинил вашего сына в смерти Луизы и... -  Габриель
глубоко вдохнул, набирая смелости. -  Прошу  прощения,  монсеньор,  но  он
считает, что это у вас вроде семейной традиции... мм... когда жены умирают
при родах.
     Герцог помрачнел, но не обиделся.
     - Возможно, ваш отец прав, юноша, -  глухо  произнес  он.  -  Ведь  в
Писании говорится, что  грехи  родителей  искупают  дети.  И  поверьте,  я
глубоко скорблю, что кара Божья обрушилась на вашу сестру,  ни  в  чем  не
повинную девушку... - Герцог помолчал, думая о  том,  не  затем  ли  Эрнан
привел к нему Габриеля, чтобы заставить его испытывать угрызения  совести.
- А после этого вы больше не виделись с Филиппом?
     Габриель покачал головой.
     - До вчерашнего вечера нет.
     - Я слышал, что вы были очень дружны, - заметил герцог.
     - Смею надеяться, монсеньор, что ваш сын  до  сих  пор  считает  меня
своим другом. Все эти годы мы с ним регулярно переписывались, несмотря  на
то, что мой отец был категорически против. Когда до нас дошли слухи о... о
поведении вашего сына, он расценил это  как  оскорбление  памяти  Луизы  и
настоятельно требовал, чтобы я порвал с ним всякие отношения.
     - Но вы не сделали этого?
     - Нет, монсеньор. Я пошел против воли отца, потому  что  не  разделяю
его мнения о вашем сыне.
     Герцог тяжело вздохнул.
     - Да, безусловно, ваш отец слишком категоричен. Образ  жизни  Филиппа
достоин осуждения, не спорю, но такой уж он по натуре своей.  Среди  людей
нет безгрешных, у каждого человека есть свои недостатки, и любвеобильность
Филиппа... будем откровенны, его распутность -  один  из  несомненных  его
пороков. За это можно упрекать его, порицать, возмущаться его  поведением,
пытаться перевоспитать его, наставить на путь истинный... Но обвинять  его
в злонамеренном оскорблении памяти вашей сестры, которую он любил, это  уж
чересчур. Это так же глупо, как считать лису преступницей  только  потому,
что она имеет дурную привычку душить кур, если ее впустить в курятник.
     Разомлевший от выпитого вина, Эрнан хитро усмехнулся. По  возвращении
из Палестины он уже успел  повидаться  с  Гастоном  Альбре,  и  они  очень
приятно скоротали вечер, смакую пикантные историйки о толедском  сердцееде
доне Филиппе из Кантабрии.
     - Я, конечно, прошу извинить меня, монсеньор, - отозвался  он.  -  Но
ваше сравнение Филиппа с  лисой,  впущенной  в  курятник,  нельзя  назвать

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.