Случайный афоризм
Дело писателя состоит в том, чтобы передать или, как говорится, донести свои ассоциации до читателя и вызвать у него подобные же ассоциации. Константин Георгиевич Паустовский
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

покоя в пекле.
     Подобно большинству старых слуг герцога, Эмилио откровенно восхищался
поступком Эрнана, что при других обстоятельствах - будь Гийом хоть чуточку
порядочным человеком, - выглядело бы как вопиющее проявление  нелояльности
к господину. Но вот дела: герцог и тот не затаил зла на  виновника  смерти
своего старшего сына. Не будучи ослепленным отцовской любовью, он не питал
никаких иллюзий относительно личных  качеств  Гийома  и  пришел  к  вполне
резонному выводу, что его постигла  кара  Божья,  а  значит,  не  пристало
обижаться на орудие, избранное для этой цели Всевышним. Так или  иначе,  в
отношениях между герцогом и Эрнаном не было враждебности, как, впрочем,  и
особой теплоты. После той дуэли они виделись лишь считанные разы, и все их
встречи носили сугубо  деловой  характер.  Затем  Эрнан  вступил  в  орден
тамплиеров и  покинул  Гасконь,  а  в  конце  1447  года  присоединился  к
крестовому  походу  в  Палестину,  организованному  Филиппом-Августом  III
Французским. С тех пор о Шатофьере не было ни слуху,  ни  духу;  только  в
начале марта этого года Филипп получил от  друга  письмо,  в  котором  тот
сообщал о своем скором возвращении.
     Старый слуга проводил Эрнана и его спутника в большой парк, который с
трех сторон был огражден  зданием  дворца,  по  своей  форме  напоминавшем
заглавную греческую "П", а с четвертой - собственно внутренней  крепостной
стеной, достаточно высокой, чтобы заглушить шум бурлящей снаружи городской
жизни.
     После людского круговорота Главной площади молодым людям  почудилось,
будто они каким-то непостижимым  образом  очутились  в  волшебном  царстве
тишины и спокойствия. Лишь изредка здесь шумел ветерок в кронах  деревьев,
лениво, как бы нехотя, пели  птицы,  и  только  хорошенько  прислушавшись,
можно было услышать слабый отголос базарного гама, от которого им едва  не
заложило уши, когда они пробирались сквозь толпу.
     Поскольку все уголки парка были  знакомы  Эрнану  с  детства,  Эмилио
сказал:
     - А дальше вы уж идите  без  меня,  милостивые  государи.  Нынче  дон
Филипп  явно  не  в  духе,  он  мрачнее  обыкновения,  и  кто  знает,   не
разгневается ли на меня, коли я его побеспокою.
     - А где он сейчас?
     - Верно, в беседке возле фонтана.
     - Хорошо, - кивнул Эрнан, - можешь идти. Ступай.
     Слуга поклонился гостям и оставил их вдвоем.
     - Может быть, ты  пойдешь  сам,  а  я  подожду  здесь?  -  спросил  у
Шатофьера его младший спутник.  Говорил  он  с  выразительным  франсийским
акцентом, слова произносил мягко и протяжно, а не прерывисто и  энергично,
как это делали обитатели Пиреней.
     - Какого еще черта? - удивился Эрнан.
     - Ну... Неудобно как-то... И вообще нам следовало бы подождать, когда
проснется Филипп. Не по душе мне затеянное тобой представление.  Уж  лучше
бы...
     - Ты это брось! - сурово перебил его Эрнан. - Я знаю, что делаю.  Мне
нужно во всем разобраться, больно уж странные вещи я услышал от Филиппа...
А ну-ка пойдем! Буду я еще нянчиться с тобой, уламывать, что  ту  невинную
девицу.
     Юноша подчинился, и оба  не  спеша  двинулись  вдоль  широкой  аллеи,
ведущей к центру парка, где находился фонтан, построенный по мавританскому
образцу. Натренированным глазом Эрнан отмечал малейшие признаки  упадка  и
запустения, появившиеся здесь за последние семь лет,  и  сокрушенно  качал
головой. В  прежние  времена  настоящим  хозяином  парка  был  Филипп.  Он
заботился о нем, присматривал за порядком,  не  позволял  садовникам  бить
баклуши и щедро вознаграждал их из своего кошелька за усердную и  искусную
работу. Тот же мавританский фонтан был сооружен одиннадцать лет  назад  на
его собственные средства... Но  теперь  все  это  осталось  в  прошлом,  в
далекой стране их детства, обратный путь в которую им уже заказан.
     Поседевший и порядком осунувшийся герцог Аквитанский сидел на дубовой

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.