Случайный афоризм
Дураки и безумцы - вот два разряда поклонников, которых писатель имеет при жизни. Э. и Ж.Гонкур
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

издать указ о вашем  аресте,  но,  слава  богу,  преподобные  отцы  сумели
отговорить его.
     -  Преподобные  отцы?  -  переспросил  Филипп,  делая   ударение   на
множественном числе.
     - Падре Антонио и падре Марк, - пояснил начальник стражи, -  какой-то
священнослужитель из  Тулузы.  Он  прибыл  сегодня  днем  с  посланием  от
монсеньора архиепископа.
     - Понятно, - сказал Филипп, - наверное, мы  с  ним  разминулись.  Да,
кстати, я хотел бы переговорить с доном Антонио. Может быть, он согласится
поехать со мной в Кантабрию.
     Начальник стражи утвердительно кивнул.
     - В его согласии вы можете не сомневаться. Вскоре замку  понадобиться
новый капеллан, а нашему приходу - новый священник. Его преподобие,  узнав
о случившемся, немедля изъявил желание покинуть Тараскон и последовать  за
вашим высочеством, куда бы вы ни направились.  Как  раз  сейчас  он  занят
сборкой ваших вещей.
     - Вот и хорошо. Я не стану отвлекать его от этого  занятия,  так  что
будьте  любезны,  сударь,  передайте  ему,  что  я  буду   ждать   его   в
Кастель-Фьеро.
     - Непременно передам, монсеньор.
     Филипп хотел еще что-то добавить, но не успел. В это  самое  время  у
ворот  возникла  суматоха,  послышался  громкий,  не  терпящий  возражений
приказ: "Дорогу его светлости!" Толпа  зевак,  собравшихся  перед  мостом,
поспешно  расступилась,  освобождая  проход.  Начальник  городской  стражи
тотчас вытянулся, нарочито  бряцнув  оружием.  Выражение  его  лица  стало
непроницаемым.
     К мосту приближался герцог. Он шел быстрой, чуть прыгающей  походкой,
держась  неестественно  прямо,  как  всегда,   когда   испытывал   крайнее
раздражение. Его сопровождали телохранители и двое слуг с  факелами,  свет
которых придавал его бледному без кровинки лицу зловещий багровый оттенок.
     Вслед за герцогом шло несколько его дворян, а также два духовных лица
- падре Антонио и молодой человек лет двадцати восьми,  одетый  в  длинную
мантию  черного  цвета,   обычный   по   тем   временам   дорожный   наряд
высокопоставленных священнослужителей.  Преподобные  отцы  тихо  о  чем-то
переговаривались, сокрушенно качали головами и перебирали на ходу четки.
     Герцог остановился в трех шагах от Филиппа - резко, не замедляя  шаг,
а просто прекратив в какой-то момент свое движение; стал,  как  вкопанный,
неподвижный, как статуя, как вогнанный в землю кол. Начисто проигнорировав
почтительные приветствия молодых людей, он вперил в Филиппа жесткий взгляд
своих огромных голубых глаз и ледяным тоном заговорил:
     - Сударь, вашему проступку нет оправдания. Заявив о своих  претензиях
на то, что по праву вам не принадлежит, вы поставили себя вне закона, и  я
отрекаюсь от вас как от своего сына. Вам уже четырнадцать лет,  отныне  вы
лишь граф Кантабрии и Андорры и более никто. Забудьте дорогу к этому дому,
который когда-то был для вас родным. Вам я сказал все.
     Затем он смерил гневным взглядом спутников Филиппа.
     -  А  с  вами,  господа,  я  вообще  не  хочу  разговаривать.  Вы,  в
большинстве своем взрослые сеньоры, пошли на поводу у честолюбивого  юнца,
чей  разум  помутился  от  жажды  власти.  Вы  затеяли  это   смехотворное
представление, чтобы угодить его бессмысленным амбициям.  Вы  провоцируете
мятеж, междоусобицу! Хочу надеяться, что в последствии вы  осознаете  свои
ошибки и одумаетесь. Прежде всего,  это  касается  вас,  племянник.  -  Он
сурово поглядел на Гастона. - При вашем высоком положении вам не  пристало
пускаться в авантюры. Это несовместимо с тем постом, который вы занимаете,
поэтому я лишаю вас звания верховного судьи  -  вы  оказались  недостойным
его.
     Гастон отрицательно покачал головой.
     - Смею заметить, государь мой дядя,  что  это  не  ваша  прерогатива.
Верховным судьей меня назначил Сенат, и лишь Сенат вправе сместить меня  с
этой должности. И  пока  я  верховный  судья  Беарна,  я  буду  продолжать

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.